Путин отчитал чиновников за несбывающиеся прогнозы и потребовал вернуть экономику к росту

Владимир Путин потребовал от правительства и Центробанка объяснений, почему экономика в этом году ведет себя хуже ожиданий не только экспертов, аналитиков, но и их собственных прогнозов, а также срочных мер, которые возобновили бы рост экономики. Это уже вторая за месяц жалоба Путина на слабость российской экономики.

По данным Минэкономразвития, в первые два месяца ВВП был на 1,8% меньше, чем в январе-феврале прошлого года. ИНП РАН оценивал спад по итогам квартала на 1,5% в годовом выражении. При этом прогноз ЦБ предусматривал рост ВВП в I квартале на 1,6%.

Минэкономразвития ссылается на календарь: в январе было на два рабочих дня меньше, чем год назад, в феврале на один, с поправкой на это ВВП в январе не изменился год к году, а в феврале прибавил 0,3%. Путина это не убеждает: «Это, конечно, объективные обстоятельства, но очевидно, что далеко не только они определяют деловую, инвестиционную активность в стране». В минусе оказались обрабатывающие отрасли и промышленное производство в целом, а также такое системно значимое направление как строительство, посетовал Путин. Оно, по данным Росстата, в годовом выражении сократилось на 16% в январе и на 14% в феврале.

Деловая активность в этом году не растет, показывает мониторинг предприятий, проводимый Центробанком. Рассчитываемый по его итогам индикатор бизнес-климата (ИБК) составил в январе 0,2 пункта, а в феврале -0,1 (ноль отделяет рост деловой активности от спада). Проводимый ЦБ мониторинг финансовых потоков зафиксировал резкое падение поступлений в большинстве отраслей в первом квартале, которое каждый месяц углублялось.

Остановка экономического роста угрожает бюджету, нефтегазовые доходы которого в первом квартале были на 45% меньше прошлогодних. Ненефтегазовые доходы, несмотря на повышение НДС, акцизов и др., выросли лишь на 7%, а расходы подскочили на 17%. В результате дефицит за квартал достиг 4,58 трлн руб. и уже превысил заложенный на весь год план. Торможение экономики, сжатие спроса и возросшие расходы на обслуживание долгов снизит прибыль компаний и инвестиции даже по сравнению с 2025 г., отмечал Институт Гайдара. Поэтому он опасается, что бюджет соберет меньше налогов, чем рассчитывают власти.

Падение нефтегазовых доходов не компенсируется другими поступлениями, констатирует Всемирный банк. Он считает скачок цен на нефть из-за войны в Иране временным фактором, который может незначительно улучшить ситуацию, но не меняет общей тенденции к ослаблению роста. Это отмечал и близкий к Кремлю аналитический центр ЦМАКП: он повысил прогноз средней в этом году экспортной цены российской нефти Urals до $81,6 за баррель, но экономический рост в его сценарии ускоряется всего максимум на 0,5 процентного пункта и не превысит 1,3% в этом году.

Значимо ускорить рост российской экономики вряд ли получится: ставки остаются высокими, и ЦБ обещает еще долго проводить жесткую политику. Деловая активность ушла в минус, инвестиции в прошлом году сократились на 2,3%, и Минэкономразвития ожидает продолжения их спада в этом году. Основной источник инвестиций – собственные средства компаний, но прибыли тоже падают. ИНП РАН называл это одним из ключевых рисков экономического развития в этом году, наряду с бюджетными ограничениями и торможением потребительского спроса. 

Основной рост сосредоточен в ВПК, который высасывает ресурсы из гражданской экономики. Рост производства в отраслях промышленности, ориентированных на ВПК, сопровождается замедлением или снижением производства товаров потребительского спроса, описывал происходящее в экономике Центр экономического прогнозирования Газпромбанка. Гражданские отрасли российской промышленности в начале года ускорили падение, писал ЦМАКП.

Поэтому большинство прогнозов сулят российской экономике вялый рост в пределах 1%. Промсвязьбанк «на фоне слабых результатов первого квартала» снизил прогноз роста ВВП в этом году с 1,5% до 1%. Консенсус-прогноз опрашиваемых ЦБ аналитиков в апреле не изменился: рост на 1%. Всемирный банк понизил прогноз до 0,8% и лишь МВФ повысил с 0,8% до 1,1%.

Лучше всего экономике помогло бы окончание войны. Но даже оно принесет облегчение, но не решит накопившихся проблем, отмечали ассоциированный исследователь Центра Дэвиса в Гарвардском университете Андрей Яковлев и руководитель консалтинговой Estonto Lab Василий Буров: «Оно не вернет всех уехавших людей. Не восстановит разрушенное доверие бизнеса к государству <…> Не создаст работающие институты там, где они деградировали <…> Не переориентирует экономику с военной ренты на производительный рост».