Общественно-политический журнал

 

 

 

Все более возрастающее значение Арктики делает ее конфликтным регионом мира

Сообщение британской The Telegraph о реакции генерала Джеффа Макмутри на демонстративно-навязчивое внимание российских истребителей и боевых кораблей к совместным голландско-британским учениям в Арктике – реальный информационный повод сфокусировать внимание на самую холодную части планеты. В контексте недавних беспрецедентно масштабной кононады в форме российских маневров «Восток -2018», а также отдельного соло тактической  группы Северного флота, пострелявшего в Арктике ракетами комплекса «Бастион» , оно является одной из иллюстрацией градуса страстей,  бурлящих вокруг этого региона.

Арктика снов и действительности

Еще совсем недавно Арктика будоражила воображение лишь ученых и искателей приключений. Ее правовой статус был размытым и при этом особых споров не вызывал. Географически подолом белого региона считается Северный полярный круг (СПК), координатом которого является 66,5 градус широты. Между ним и Северным полюсом находится примерно шестая часть планеты, на две трети состоящая из льдов Северного Ледовитого океана(СЛО). Ну, а арктическими государствами считаются те, чьи побережья имеют непосредственный выход к СЛО (их пять – Россия, Канада, США(Аляска), Норвегия и Дания- благодаря своей Гренландии и Фарерским о-вам) или если по ним проходит Полярный круг (этот фактор добавляет Исландию, Швецию и Финляндию. Итого - 8.

На этом ясность заканчивается. Дальше все расплывчато и весьма произвольно толкуемо. Когда речь заходит о принадлежности островов, архипелагов, режимах движения и рыболовства в СЛО – четкость и бесспорность заканчивается. Традиционно с давних времен сложился т.н секторальный подход. Грубо говоря, это пространства, ограниченные западным и восточными меридианами пяти государств из первого списка. То есть, все, что внутри этих треугольников находится – разведанное, освоенное или только в потенции – это рассматриваются как владения этих пяти. Такой подход  два крупнейших игрока на северном поле – Канада и СССР - официально закрепили в 1925 и 1926 годах. Но речь в данном случае идет не о границах, то есть – не о полноправном суверенитете, а скорее о зонах влияния и ответственности. При этом секторальный подход не определял правовой статус акваторий.

Что касается собственности, то она определяется пока режимом, зафиксированным Морской конвенцией 1982 в понятиях «континентальный шельф» и «исключительная (морская) экономическая зона», границы которой тянутся на 200 морских миль (370 км.) от береговой линии. Это то пространство, где можно хозяйничать по части разведки и эксплуатации подводных  месторождений, создавать искусственные острова, платформы, устанавливать порядки в части судоходства  и рыболовства, а военным испытывать свое грязное оружие и т.д.

Мало того, в Конвенции есть пункт, явно претендующий на роль яблока раздора. Суть его в том, что границу зоны можно отдалить, если удастся установить и доказать в ООН, что подводный хребет по дну СЛО является продолжением ее континентальной платформы.

И процесс в этом направлении уже во всю пошел. Норвежцы, датчане, канадцы и россияне, поспешили на разведку. И выяснилось, например, что на подводный хребет Ломоносова претендуют сразу три страны – Россия, Канада и Норвегия. Россияне оказались самыми ушлыми.  В 2014 они уже через комиссию ООН добились присоединение анклава в Охотском море площадью 52 тыс.кв. км.  А в начале 2016 подалиа  заявку на расширение континентального шельфа в Арктике, включив в нее помимо хребта Ломоносова также южную часть хребта Гаккеля и котловину Подводников.

Однако, на юридическом фронте согласием и не пахнет. Если «арктическую восьмерку» сложившаяся модель и практика, при всей ее размытости и шороховатости, в принципе устраивает, а для того, чтобы договариваться и совершенствовать инструмент, в 1996 они учредили площадку – Арктический Совет(АС), то те, кто в эту группу привелигированных не вошли, своей удаленностью от ледяного пирога очень недовольны. И ратуют за революционные перемены – за интернационализацию Арктики. Они представлены в АС мощным хором из 13 стран и 10 международных и неправительственных организаций в ранге наблюдателей, среди которых Великобритания, Германия, Франция, Испания, Италия, Польша, а также Китай, Япония, Южная Корея, Индия и др. А дирижирует им Америка, имеющей к Арктике через свою Аляску слишком узкий выход, чтобы расчитывать на большие дивиденды. Поэтому используется риторика о «ничейности», то есть равнодоступности Белой пустыни. И тех несметных сокровищ, которые она таит.

Арктическая Маккена

Столь ажиотажная мода на Арктику объясняется, как минимум двумя обстоятельтвами. Первое – никогда не падающий аппетит на ресурсы, прежде всего, углеводородные, которые в более-менее доступных местах уже везде разведаны. И на круг выходит, что резервов серьезных нет. Настала очередь районов трудной доступности. И имя главного из них – Арктика. Не углубляясь в цифры, которых в интернете можно найти море, назову только самую общую: на ее долю приходится  более 20% неразведанных запасов углеводородов.

Это настолько впечатляет, что в 2013 на своей восьмой сессии АС принял декларацию, по сути означавшую сдвиг в целях этой организации - с заботы об экологии на экономическое освоение региона. А Китай, дабы попасть в список «привелигированных», даже уговаривает Исландию продать ему 300 квадратных километров ее островной территории.

Второе: реальное или мнимое потепление планеты, отмеченное интенсивным таянием льдов и появлением прогнозов, допускающих резкие перемены в климате уже в середине нынешнего века. Ну, а если оценки ученых верны, то это влечет не только облегчение доступа к природным ресурам, но и повышает интерес к освоению северного «шелкового пути». Причем с двух концов.

Оба этих фактора особенно актуальны для России. И это понятно. Во-первых, у нее самая длинная линия выхода, чрезвычайно богатая и разнообразная по ресурсам. Около 20% территории страны находится за полярным кругом. А помимо материковой части, имеется бесчисленное количество островов,  в том числе такой крупный архипелаг, как Земля Франца Иосифа, Новая Земля, Новосибирские о-ва и др. При этом именно в российском секторе сосредоточена львиная доля «золота» арктической Маккены. Причем не только углеводороды, запасы которых, по газу, например, только в трех месторождениях – Штомановском, Русановском и Ленинградском оцениваются под 10 трилионов куболметров. Но и по всей таблице Менделеева. Тут и редкоземельные металлы и алмазы Якутии, золото, платина, никель, медь, кобальт и сурьма Таймыра,  апатиты и нефелиновые руды Мурманской области, олово Чукотки и пр.

Во-вторых, и это важное обстоятельство, русский Север уже де факто в стадии освоения – и как транспортная аретия, и как ресурсная сокровищница. Худо-бедно, но вдоль «шелкового пути» из Карского моря до Баренцева имеется с десяток портов. И суда, российские и транзитные иностранные хоть и нерегулярно по нему ходят. Количество таких ездок в отдельные годы достигало двух сот. Если «парниковый эффект» все же тренд, а не эпизоды, и продолжительность водного периода в году возрастет, то при экономии времени по сравнению с маршрутом через Индийский океан и Суэц на треть эта трасса станет востребованной. И сама по себе может стать источником транзитного дохода. Ну, а прибрежные ресурсы эксплуатируются уже во многих местах- Кольский полуостров, Таймыр, Ямал, Чукотка...По разным оценкам, российская Арктика сегодня обеспечивает 10-15%  ВВП и до четверти всего экпорта. 

И, в-третьих, ни одна из стран, входящих в АС, так наркотически не зависит от сырьевой добычи и экспорта, как Россия. Поэтому для нее, во всяком случае, при нынешнем политическом руководстве и притом, что углеводородные месторождения в Западной Сибири постепенно истощаются, Арктика начинает играть роль генерального резерва, источника выживания и рычага политического влияния. Отсюда и столь пафосное внимание к ней и со стороны верховного правителя, и правительства, в  2013 принявшего cпециальную «Стратегическую концепцию развития Арктики», и военщины, устами Д. Рогозина объявившего режим особого внимания к милитаразации Севера с тем, чтобы быть готовым грозно стоять на защите арктических рубежей от посягательств чужих.

Вот только условия для наступления на белые просторы после 2014 резко осложнились. Но об этом уже в следующем тексте.

Владимир Скрипов

Читайте продолжение:

"Арктика: санкции и ни пяди льда не отдадим"

Комментарии

Аlberttinov on 16 октября, 2018 - 20:21

надеюсь опубликуете продолжение