Общественно-политический журнал

 

«Русская жизнь, как обычно, болтается между бардаком и бараком»

Каждый год в день убийства Анны Политковской лауреаты премии Raw in WAR («Помочь каждой женщине в огне войны»), носящей имя Анны, пишут ей письма. В этом году победителей премии двое: нобелевский лауреат по литературе 2015 года, писатель и журналист Светлана Алексиевич и правозащитница из Индии Биналакшми Непрам.

«Ты нам очень нужна, Анна!»

Дорогая Анна!

Я хочу рассказать тебе о том, как мы живем без тебя. Где мы? В какой точке истории? Ясно одно, что не там, где хотели. Тебя нет с нами больше 10 лет, за это время можно было уже жить в другой стране, переехать из империи ГУЛАГа в нормальное европейское государство, как это сделали многие наши соседи. Но как сказал Столыпин: «В России каждые десять лет меняется все, а за 200 лет ничего». Надоевшая уже цитата, но столько в ней знакомого нам отчаяния, что хочется повторить.

Ты помнишь 90-е — «лихие», кровавые, святые… Помнишь, какими мы были романтиками, надо сегодня признать, преступными романтиками. Наивно верили, что если на книжных прилавках появятся книги Солженицына, Шаламова, Гроссмана, за которые раньше можно было получить тюремный срок, появятся свободные газеты, разные партии, а не только КПСС, — начнем строить нормальную жизнь.

Будем как все. Войдем в общий мир, перестанем всех пугать своими «Искандерами».

На площадях собирались стотысячные митинги, ходили и скандировали: «Свобода! Свобода!» Казалось, что это вечная русская мечта, это чудесное существо, лелеемое на кухнях, где мы обычно собирались и мечтали, — вот-вот станет реальностью, буквально завтра будем свободными. Еще ни у кого не было знания, что не может бывший зэк, всю жизнь просидевший в лагере, выйти за ворота лагеря и стать свободным. Не может, потому что все, что он знает, — лагерь, все, что он умеет, — лагерь.

Сколько было тогда иллюзий! Наивно полагали: вот снесем с пьедестала каменного истукана — палача Дзержинского, и этого будет достаточно, чтобы страна задышала свободным воздухом. И вот напечатали Солженицына, Рыбакова, все читали, у меня и у моих друзей, да в любом инте