Общественно-политический журнал

 

 

Как организуется "народная любовь" к Путину

Технология организации массовых акций в поддержку власти для Кремля относительно новая: впервые она была опробована в феврале 2012 года. До этого режим использовал «профессиональные организации» – прокремлевские молодежные проекты, митинги партии власти или акции лояльных Кремлю общественных организаций. Разница между старым и новым подходами состоит в том, что если раньше на акции привлекались политизированные организации, то теперь – маргинальные и никому не известные проекты, призванные олицетворять собой «народ», выражающий свою поддержку Путину.

Зачем Кремлю понадобилось менять свою тактику? Здесь можно назвать как минимум три причины. Первая причина – неожиданный для власти всплеск протестной активности на рубеже 2011–2012 годов. Стихийное, подхваченное лидерами внесистемной оппозиции недовольство «разгневанного городского класса» массовыми фальсификациями на парламентских выборах заставило администрацию искать адекватный ответ.

Вторая причина – смена кремлевского куратора в сфере политического управления. Владислав Сурков, которого называли демиургом российской политики и архитектором путинского режима, покинул свой пост первого заместителя главы президентской администрации. Это была мини-революция внутри российской власти: вместе с Сурковым ушла целая эпоха политуправления. Путин утратил доверие к своему некогда могущественному менеджеру с амбициями идеолога, ему не нравилось чрезмерное сближение Суркова с Дмитрием Медведевым, а также его умеренная реакция на протесты. Сурков предлагал пойти хотя бы на минимальную либерализацию политической системы, чтобы «выпустить пар». Путин посчитал иначе и сменил Суркова на Вячеслава Володина. Володин, в отличие от утонченного мечтателя Суркова, имеет репутацию жесткого прагматика, применяющего прямолинейные методы управления вместо сложных комбинаций своего предшественника. Сурков предпочитал играть в политические игры, Володин – «закручивать гайки».

Наконец, третья причина – смена политического курса. Ожидаемое возвращение Путина в Кремль на фоне некоторой политической дестабилизации заложило основу для последующей консервативной волны. В декабре 2011 года, после первых беспрецедентно массовых акций протеста, Кремль находился в смятении. В январе, когда опросы общественного мнения зафиксировали определенный рост рейтинга партии власти, в администрации президента решили «давить» протест. Одним из методов такого давления и стала демонстрация силы через организацию многотысячных акций в поддержку власти, причем без афиширования роли «Единой России» или движения «Наши». Цель – показать оппозиции, что митинговать за Путина выходит «простой народ»: учителя, врачи, рабочие, а не «Единая Россия», которая к тому времени уже прочно обрела ярлык «партии жуликов и воров».

Свою новую тактику Кремль опробовал 4 февраля 2012 года: на Поклонной горе прошел пропутинский митинг, в котором, по официальным данным, приняли участие около 130 тысяч человек (правда, по данным геодезиста Николая Помещенко, получившего известность в интернете своими подсчетами количества участников декабрьских митингов, пиковый показатель митинговавших на Поклонной горе составил 80 150 человек).

Суть новой тактики Кремля состоит из нескольких ключевых элементов. Элемент первый – массовость: Кремль стремится показать, что число людей, поддерживающих власть, в разы превосходит число тех, кто ей противостоит. Элемент второй – деполитизация. Организаторы акции 4 февраля подчеркнуто стремились уйти от упоминания «Единой России». Ощутимая усталость избирателя от чересчур агрессивной и навязчивой кампании «Единой России» и от доминирования Владимира Путина в подконтрольных СМИ стала для Кремля политической проблемой. В итоге официальным организатором митинга стала не партия власти, а Союз ветеранов Афганистана, Союз пенсионеров России, Конгресс русских общин и партия «Патриоты России». Список выступавших состоял из агрессивно-антилиберальных деятелей (во главе с Сергеем Кургиняном), не только не имеющих серьезного политического влияния, но и откровенно маргинальных – от Александра Дугина до Александра Проханова. Этой тактики Кремль придерживается до сих пор. Театральный режиссер и радикальный антиамериканист Кургинян стал новым лицом российской власти. Третий элемент – объединение «народа» не вокруг власти, а вокруг конкретной проблемы. Например, цель митинга 4 февраля 2012 года, изначально заявленная как поддержка Путина, была пересмотрена на противостояние «оранжевой угрозе».

Акция 2 марта 2013 года была посвящена защите прав детей. Только не живущих в России – они сегодня мало кого волнуют, – а иностранных. Именно в этой сфере Кремль пытается как можно больнее ужалить США. Одной из главных проблем организаторов была явка. Ведь, как показывают соцопросы, россияне сохраняют высокую степень аполитичности, и даже те, кто сегодня не видит альтернативы Путину, вовсе не горят желанием стоять на морозе с плакатами в поддержку власти. Потенциал прокремлевской уличной активности весьма скуден. И это, пожалуй, самое слабое место в стратегии власти. Поэтому выход один – административный ресурс. Екатерина Винокурова писала в «Газете.Ru» о февральском митинге 2012 года на Поклонной горе: «В толпе довелось даже услышать, что некоторые собирались поехать не домой, а поучаствовать в акции протеста на Болотной площади. Путина, из-за которого начальство под угрозой увольнения заставило людей топтаться на морозе, многие ругали». А корреспонденту «Радио Свобода» Ирине Чевтаевой удалось получить 500 рублей за участие в митинге, попав на него по объявлению, размещенному на сайте massovki.ru. Уже тогда, когда Кремль только начинал тестировать тактику массовой мобилизации «простого народа», обнаружилась системная проблема – неожиданно мощное полуанонимное сопротивление участников митинга. В интернете и СМИ появилось множество свидетельств, заявлений учителей, работников коммунальных служб, данные о приказах в вузах и крупных госпредприятиях (таких как «Почта России») об обязательной явке на митинг. Отдельным рабочим на Поклонной горе обещалась выдача аванса, студентам – стипендии.

Однако проблема вскрытия фактов оплаты участия в митингах, угроз лишить премии или не поставить зачет студентам Кремль не смущала: обеспечение контроля над центральными телеканалами позволяло создавать нужную информационную картинку. По сути, именно эта цель и лежит в основе новой тактики: создать пропагандистский продукт, который будет распространяться подконтрольными властям СМИ для информационного противостояния оппозиции и «гипнотизирования» населения.

Акция, прошедшая 2 марта в Москве, поражает своим цинизмом. Сначала разгорелся скандал с набором «активистов» через все тот же сайт massovki.ru, где обычно набираются массовки для постановки фильмов. Первыми о наборе участников шествия сообщили блогеры, разместившие в «твиттере» снимки «вакансий», появившихся на сайтах бесплатных объявлений. «Необходим адекватный народ на массовку 2 марта не более 2х часов. С 12.30. Строго Славянская внешность. Оплата по окончанию 500–700 руб», – гласила заявка на одном из ресурсов. «Кто хочет заработать за 30 мин. 400 рублей Нужно просто пройти от Кропоткинская до Пушкинской 2-го Марта... Никаких флагов и т. д. нести не надо», – говорится в другом (орфография оригинала сохранена). «Покупают славянские лица за 500–700 рублей. Вот так создается видимость “народной поддержки” закона подлецов», – отреагировал соратник Алексея Навального по «Роспилу» Павел Сенько.

Представители власти назвали эти сообщения провокацией. Пресс-секретарь Генпрокуратуры Марина Гринева и вовсе назвала это «заказом Госдепа». «Им платит Госдеп США, они разрушают традиционную семью», – заявила она. «Это провокация со стороны оппозиции и наших политических противников, – сказала “Коммерсанту” Ирина Бергсет, глава движения “Русские матери”, официального организатора акции. – Это не может не радовать, значит, они воспринимают нас всерьез... Им платит Госдеп США, и за это они последние 30 лет разрушают традиционную семью, уничтожают российскую демографию». Кстати, сама Ирина Бергсет была лишена родительских прав в отношении ее общего с гражданином Норвегии сына: норвежские органы власти посчитали женщину опасной и неадекватной, так как она многократно пыталась обвинить бывшего мужа в насилии над сыном, но никаких подтверждений этому так и не нашлось.

Как только митинг закончился, разразился новый скандал. Координатор оппозиционного проекта «Росагит» Вадим Коровин сообщил в своем «твиттере», что он в составе группы из 20 человек привел в ОВД «Тверское» бригадира, «не заплатившего им денег за митинг». На него написали полтора десятка заявлений. Бригадир – это человек, собирающий массовку, руководящий ее действиями в ходе акции, а по ее окончании раздающий деньги за участие. На этот раз, как утверждает Коровин, оплаты участники не дождались: «16 человек пишут заявления. Статья – мошенничество». Кремль пытается этот факт не замечать, представители партии власти называют его «провокацией». Зато теперь многие желающие получить лишние 500 рублей задумаются, стоит ли связываться с кремлевскими бригадирами, которые тоже не против смошенничать и не заплатить. Создается впечатление, что в этой системе мобилизации «народа» каждый участник – от высших до низших уровней – пытается «урвать свой кусок», совершенно безразлично относясь к самому предмету митинга. Именно так дети и становятся разменной монетой в большой политике.

Кстати, серьезный резонанс получили и фотографии с митинга, на которых видно, что органы правопорядка установили несколько рамок металлоискателей с надписью VIP: солидный проход для солидных господ. Даже на таком митинге власть не желает пересекаться со своим народом, вероятно, хорошо понимая, с какой мотивацией этот народ пришел на митинг.

Сама акция 2 марта была организована рядом маргинальных структур, к числу которых относятся движение «Русские матери», «Всероссийское родительское собрание», «Российский детский фонд», Межрегиональное общественное движение в поддержку православных образовательных и социальных инициатив «Пчелки». Акция была организована после известия о смерти в американском штате Техас усыновленного из детдома в Псковской области Максима Кузьмина. Американские следователи уже сообщили, что мальчик погиб в результате несчастного случая. Однако российские власти продолжают твердить о непредумышленном убийстве. Теперь МИД РФ пытается вернуть в Россию его брата Кирилла; готовность взять его под свою заботу выразила его биологическая мать Юлия Кузьмина. Но не успела она громко заявить о себе, как прославилась на всю страну известиями о неисправимом пьянстве, сожительстве с насильником и пьяными дебошами.

Прокремлевские «организаторы» повторяют слово «Госдеп» как заклинание. Антиамериканская линия выдерживается агрессивно и безапелляционно. На мартовской акции озвучивались безумные «факты»: одна девушка сообщала о гибели 200 тысяч усыновленных российских детей за границей. Тем временем в самой России даже не ведется статистики о гибели усыновленных детей. «Новой газете» удалось выяснить, что за последние 15 лет только в московском регионе каждую неделю в мусорных баках и на пустырях находят мертвые тела двух-трех младенцев и примерно столько же живых подкидышей. Защитить их некому, а у большинства даже не было имени. Уполномоченный РФ по правам ребенка и один из главных спикеров власти на тему «геноцида русских детей на Западе» Павел Астахов на вопросы о том, почему он не защищает права живущих в России сирот, отвечает, что этим должны заниматься региональные органы опеки. Получается, что замученные в России сироты не входят в сферу ответственности детского омбудсмена: на этом расположения Путина не заработаешь.

Кремлевские политтехнологии становятся все более циничными, а страна разделяется на пассивное конформистское большинство, готовое «хавать» то, что показывают по центральным телеканалам, и активное меньшинство, осваивающее альтернативные источники информации, прежде всего в интернете. Чувство безнаказанности и подконтрольности внутриполитических процессов может быть весьма обманчивым. Главная опасность для власти сегодня исходит даже не от оппозиции. Она таится в тех прагматиках-конформистах, которые сегодня готовы прийти на митинг в поддержку власти за 500 рублей, а завтра будут готовы загрызть эту власть за недоплаченные пять копеек.

Татьяна Становая