Общественно-политический журнал

 

 

Стремление Путина на президентский пост - это как купить билеты туда и обратно на "Титаник" после столкновения с айсбергом

На Болотную площадь, по данным организаторов субботней акции, пришли минимум 100 тыс. человек, сообщает Frankfurter Allgemeine. (по последним данным более 200 тыс.) Они требовали освобождения политических заключенных и несправедливо осужденных, аннулирования результатов думских выборов, отставки Чурова, а также "разрешения оппозиционных партий, истинно демократического избирательного законодательства и глубоких демократических трансформаций политической системы".

Издание замечает, что заметен прогресс в Петербурге: впервые на демонстрацию против закоснелой системы вышли свыше 10 тыс. человек.

Непосредственно у Кремля свою акцию смогла провести только женская панк-группа Pussy Riot, сыгравшая протестную песню на Лобном месте, замечает автор, а одним из самых популярных сюжетов для фотографий субботнего протестного шествия был плакат поэта Дмитрия Быкова: "Не раскачивайте лодку, нашу крысу тошнит".

 На Поклонной горе сторонники Путина собрались на "дистанционную дуэль с демонстрантами с Болотной площади". Люди из свиты Путина гневно обличали "оранжевую чуму", которую якобы распространяют "несогласные" в России.

 Одним из кульминационных моментов мероприятия были крики "философа" из антизападного "неоевразийского" лагеря, недавно по государственному телевидению в прайм-тайм требовавшего дать народу образ врага, потому что якобы только хороший образ врага может остановить упадок и развал России". После выступления на митинге трактовка образа стала четкой и понятной любому россиянину: "Враг стоял на Болотной площади, втайне управляемый "Вашингтонским обкомом".

"Беспокойство части пропутинских демонстрантов может быть искренним, поскольку хаос 1990-х годов оставил неизгладимый след во многих головах, - признает автор статьи. - Тем сложнее противникам Путина, в основном бойкотируемым государственным телевидением, донести истину в своем понимании до народа, за пределы круга политизированных пользователей интернета". При этом, замечает он, ни один из кандидатов, что составят на выборах конкуренцию Путину, в субботу на Болотной площади не вышел на сцену.

Полгода назад никому бы в голову не пришло, что в 20-градусный мороз на улицы Москвы, требуя ухода Путина и отмены итогов сфальсифицированных выборов, выйдут десятки тысяч человек - националисты, левые, либералы и простые граждане, - утратившие страх, желающие влиять на свое будущее и считающие неприемлемым авторитаризм Путина, пишет в редакционной статье El País.

 "Несмотря на масштабы и продолжительность протестов, крайне маловероятно, что в следующем месяце удастся предотвратить избрание Путина на пост президента России в третий раз, - признает издание. - Оппозиция не является единой политической силой и не имеет лидера общенационального уровне, тогда как Путин продолжает оставаться политиком с максимальной, пусть и снизившейся на 20% по сравнению с концом 2010 года, популярностью". Второй тур стал бы беспрецедентным унижением для того, кто оглушительно побеждал на предыдущих выборах, полагает издание.

Ожидается, что после президентских выборов Путин подвергнет гонениям оппозиционное движение, стоящее за крупными уличными митингами, утверждает The Sunday Times. Неназванный "бывший советник Кремля сказал, что власти будут терпеть демонстрацию недовольства только до голосования 4 марта. "Насколько я понимаю, Кремль ставит на то, что протестное движение заглохнет. Если же демонстрации не выдохнутся, невероятно, чтобы Кремль стал сидеть спокойно и ничего не делать, позволять, чтобы тысячи человек каждый месяц поливали Путина грязью", - заявил советник в интервью.

Как считается, ФСБ уже внимательно следит за лицами, стоящими за демонстрациями, говорится в статье.

"Если Кремль думает, что эти акции протеста заглохнут, то власть имущие еще более оторваны от реальности, чем мне казалось. Нам надоело, что с нами обращаются как с баранами", - сказал в интервью программист Михаил Шумаков.

"Мы уже достигли точки невозврата. Люди перестали бояться, и посмотрите,насколько они сильны вместе ", сказал Иван Косицкий, 49.

"Мы не боимся мороза. Мы боимся лжи ", добавил Михаил Матросов, 51-летний бизнесмен.

"Я прилетела для участия в демонстрации", сказала Лина Бессонова, 23, которая учится в Швейцарии. "Я пришла, потому что если бы я не пришла,мне было бы стыдно перед собой."

Отвечая на вопрос, опасаются ли они репрессий Кремля после мартовских выборов,несколько протестующих на антипутинской демонстрации не выразили тревоги.

 "Слишком поздно, вы не можете арестовать 100000 человек. Репрессии приводят только к увеличению числа демонстрантов ", сказал Алексей Маркин, 34, адвокат,указывая на плакат с надписью «Вы даже не можете себе представить,на что мы 
способны".

На субботней акции протеста в Москве было кое-что неожиданное, полагает обозреватель Foreign Policy Юлия Иоффе. Во-первых, холод не удержал людей дома, - вышло даже больше народу, чем в прошлый раз. Во-вторых, толпа стала намного более пестрой по составу: на Болотной Иоффе увидела пенсионеров, офисных работников, группу любителей военной истории и даже ветеранов ВДВ.

Новое явление - признаки "настоящей политической организационной работы", говорится в статье. Шел сбор подписей под петициями об оспаривании результатов выборов в суде. Набирали наблюдателей на выборы. Иоффе познакомилась с двумя людьми, которые решили баллотироваться на выборах в местные органы власти в Москве. По мнению Иоффе, это уже похоже на нормальный политический дискурс, в отличие от криков "Путин - вор".

Тем временем на другом конце города собирались пропутинские силы, продолжает журналистка. И если на Болотной люди улыбались и смеялись, на пропутинском митинге людям было нечему радоваться: им рассказали, что страна на грани распада, революция не за горами. "Этот апокалиптический образный ряд выглядит странно, но он отражает то, как воспринимаются протесты в коридорах власти, - со страхом и недоумением", - пишет Иоффе. "Вообразите, что ваш кот подошел к вам и заговорил", - так в разговоре с Иоффе описал реакцию Кремля единоросс Юрий Котлер, в прошлом советник Грызлова.

"Если оставить в стороне симптоматичное сравнение граждан с бессловесными животными, которые являются собственностью хозяев, это замечание содержит еще один важный момент: это уже третья за два месяца массовая акция протеста в сердце столицы, а Кремль явно все еще пытается с этим свыкнуться или надеется, что все рассосется", - говорится в статье.

Но есть признаки, что шок проходит и Путин постепенно ужесточает свою позицию. В столице заговорили о "закручивании гаек", отмечает Иоффе.

По мнению Иоффе, не случайно, что Россия наложила вето на резолюцию ООН по Сирии. Маловероятно, что Путин прибегнет к таким жестким гонениям, как Асад, "но его люди предостерегают о возможности кровопролития", говорится в публикации.

Что Путин станет делать дальше? - задается вопросом журналист The New York Times Томас Фридмен. Фридмен сообщает, что в четверг он и Эллен Барри, директор корпункта New York Times в Москве, побеседовали с пресс-секретарем Путина Песковым. "У России есть потенциал для превращения в современное европейское государство. Но пойдет ли Путин в авангарде [движения к этому]? Определенных выводов я для себя не сделал", - пишет автор.

Песков сказал, что митинги горожан - знак, что экономический рост опередил политические реформы. Но по поводу слов Путина, что митинги - козни США, Песков заявил, что точно знает: деньги на дестабилизацию России поступают "из Вашингтона официально и неофициально". "Это либо бред, либо настоящий цинизм", - полагает Фридмен.

Путин уязвлен тем фактом, что Запад сверг Каддафи. "Каков союзник! О чем он сожалеет!" - восклицает автор статьи. По мнению журналиста, чем больше Путин поддерживает диктатуру Асада, "тем больше походит на человека, который уже после столкновения с айсбергом купил билет на "Титаник" туда и обратно".

Чтобы провести реальные реформы, Путин должен колоссально измениться сам. "Возможно ли это? Осознает ли он необходимость? Судя по информации на текущий момент, я отвечу: вроде бы да, но, в сущности, нет", - заключает Фридмен.