Общественно-политический журнал

 

Совет при президенте по правам человека помогает отмыться шпане и мелким шулерам, изображающим из себя государственных деятелей

Недавно прошло заседание Совета при президенте Российской Федерации по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека. Собрались там и самые известные правозащитники. Члены Совета обсудили с президентом наиболее острые вопросы, связанные с жизнью общества.

В первую очередь это вопросы функционирования судебной системы. Если честно, то следовало бы обсуждать проблемы отсутствия судебной системы в стране. Ибо вряд ли «басманные суды» и зависимых от заказчиков судей мы можем считать органами судебной системы.

Очевидно, что это хорошо (слишком хорошо) знает как сам президент, так и его окружение. Поэтому для того, чтобы заставить судебную систему работать в соответствии с законами, никаких Советов по этому вопросу собирать не нужно.

Вполне достаточно удалить сотню-другую наиболее одиозных судей (без права на повышенную пенсию и права работать в дальнейшем в судебной системе) и уволить соответствующее количество чиновников (любого уровня) — заказчиков неправедных решений. Это вполне мог сделать сам президент. Полномочий для этого у него хватает. Уверен, что наша судебная система начала бы стремительно принимать цивилизованный вид.

Необходима самая малость: вернуть судам и судьям подлинную независимость, декларируемую Конституцией.

Понятно, что никакой принципиальной судебной реформы для этого не требуется. А возвращение судов присяжных во все уголовные и, особенно, политические дела — задача для президента простейшая. Это все лежит в плоскости политической воли или безволия, независимости или зависимости президента. Можно сделать вид, что мы этого не понимаем, но сколько можно играть в эту странную игру? Пока мы играем в лояльность, мыши от власти устроили настоящую охоту на кошек, рассаживая их по мышеловкам.

Все это понимают, и все громко молчат или обсуждают эту странную ситуацию как важную государственную проблему. Нет здесь никакой проблемы. Ситуация с нашей судебной системой создана высшими должностными лицами страны. Они заинтересованы в том, чтобы несколько персон сосредоточили в своих руках законодательную, исполнительную и судебную власть. Именно это и реализовано.

Только при таком положении возможна глобальная коррупция и тотальное разворовывание бюджетов всех уровней. Только при таком положении чиновники высшего ранга чувствуют себя в полной безопасности. Имена этих людей хорошо известны. При такой системе и зависимых СМИ они легко держат в повиновении страну, ибо, в придачу к трем ветвям власти, в их руках находятся и все силовые инструменты.

В стране легко отнимают собственность и сажают за решетку оппонентов, запросто назначают себя Героями России, а неугодных — «шпионами» или «ворами». А СМИ усердно ретушируют грязные физиономии шпаны и мелких шулеров, изображающих из себя государственных деятелей.

Сегодня правозащитники взялись усердно помогать шулерам выйти чистенькими из грязного водоема.

Скажите, кому непонятно, что дела ЮКОСа (все) грубо и бездарно сфабрикованы? Кому непонятно, что Магнитский был фактически убит по заказу заинтересованных лиц? Что преступление по отношению к человеку, который не мог оказать никакого сопротивления произволу, совершено в государственном учреждении. Кому непонятно, что с 1997 г. в стране усердно фабрикуются дела о государственной измене, жертвами которых являются ученые, а заказчиками — высшие должностные лица страны?

В реализации таких дел заинтересован широкий круг чекистов, прокуроров и судей, так как это обеспечивает им успешный карьерный рост и неплохие материальные условия. Кроме того, создается нервозная атмосфера враждебного окружения.

То, что Медведев собрал свой Совет и направил его на путь экспертизы двух судебных решений, понятно. Нужно отмываться. Членам Совета и экспертам уготована роль мальчиков, которые после мудрого указания разобраться, «неожиданно» заметят, что приговор ошибочный. После экспертизы будет сымитировано изумление, что такое недоразумение у нас приключилось. Ну, бывает: ошиблись судьи и чиновники! Но это конечно же исключение. Молодцы правозащитники — поправили. Какой эффективный у нас Совет при президенте! Провели экспертизу и…

Но даже этот вариант, похоже, уже не проходит. Снова заговорили о помиловании.

Смущает лишь одно обстоятельство. В Совете есть несколько человек, которые одновременно являются членами Общественного комитета защиты ученых. Как же они хотя бы двумя словами не обозначили проблему ученых-шпионов, много лет безвинно сидящих за решеткой по прихоти путиных-патрушевых-бортниковых. Генеральной прокуратуры и Верховного суда, наконец. Вот вопрос.

Однако промолчали правозащитники. Не выступили в защиту ученых. Зато некоторые другие правозащитники на днях активно выступили в защиту судьи Боровковой, которая подверглась в СМИ «травле». Жалко им ее. Совсем затравили женщину! А мне жалко тех, над кем издевалась и кого отправила за решетку Боровкова по указанию милицейских и политических чиновников.

Плохо, конечно, травить женщину. Но разве иным способом можно остановить боровковых? Назовите такой способ. Только не говорите, что ее может остановить судейское сообщество. Кассир, мне кажется, вряд ли может быть объективным ревизором своей кассы.

А вокруг шпионских дел сложилась странная ситуация. Практически невозможно стало обсуждать эту тему в СМИ. В самых разных изданиях отвечают одинаково: мы когда-то уже освещали этот вопрос. Ну и что? Больные вопросы страны должны регулярно освещаться. А это один из больных вопросов.

Странно, но за 12 лет, в течение которых Комитет защиты ученых занимается шпионскими делами, нам ни разу не удалось получить поддержку ни от одного фонда. Более десяти раз мы обращались в различные уважаемые организации с просьбой о поддержке проекта «Информационное, общественное и юридическое противодействие шпиономании». Нет, отвечали доноры. Мы не будем это поддерживать, так как эксперты-правозащитники считают проблему неактуальной.

Сидят Данилов, Решетин, Петьков, Иванов, Визир, Афанасьев, Бобышев. Ученые сидят по сфабрикованным обвинениям в государственной измене, разглашению гостайны (как в 1937 г.), экспорте технологий двойного назначения, а оказывается, эта проблема неактуальна!

Даже прямые обращения к состоятельным людям с просьбой помочь хотя бы семьям ученых не находят отклика. Всего один человек, всего одна структура откликнулись. Помогли семьям заключенных. Спасибо им, но фамилий называть не стану. Понимаю, что дело это небезопасное.

Некоторые уважаемые люди говорят: а что вас поддерживать, если нет видимых результатов? Может быть, они и правы, сделано немного, но все-таки Владимир Сойфер, Владимир Щуров, Юрий Хворостов, Олег Корабейничев, Олег Минин, Игорь Минин, Валерий Ковальчук, Оскар Кайбышев, Анатолий Бабкин — избежали тюрьмы! Не сочтите это пиаром.

Общественный комитет защиты ученых многие годы работает на общественных началах. И теперь мы решили, что больше ни к одному донору обращаться за поддержкой не будем. За все будем платить сами, ведь и так платим.

Но Совет при президенте по правам человека, который за многие годы так и не снизошел до обсуждения дел ученых, представляется мне странным! Даже ПАСЕ дважды обсуждала эту проблему и дважды принимала резолюции с требованием пересмотра дел. Дважды! А замечательный наш совет так и не «замарал» себя осуждением репрессий, чинимых спецслужбами.

В 2007 г. проблему фабрикации уголовных дел с обвинениями в государственной измене рассмотрела Общественная палата. Приняла паллиативное решение и заснула. Активный вначале А. Кучерена, после подробного ознакомления с особенностями дел ученых отправился на консультации в ФСБ, пообещав позднее обсудить с нами результаты… После консультаций в ФСБ А. Кучерена от дальнейшего обсуждения судеб ученых (даже с академиком Рыжовым) уклонился. Впрочем, и вопросов к нему больше нет.

Это хорошо, что хотя бы дела Ходорковского, Лебедева и Магнитского получили широкое освещение на уровне Совета по правам человека. Знаковые это дела. Но дела ученых не менее знаковые и начались значительно раньше.

Если бы тогда, в 1998-1999 годах, общество отнеслось к шпионским делам так, как сегодня оно реагирует на дела Ходорковского и Лебедева (а еще ведь есть Пичугин и ряд других функционеров ЮКОСа), то «дел ЮКОСа», как и многих других сфабрикованных дел, могло бы не быть вообще.

Избирательность Совета при президенте понятна — он для того и создан, а вот избирательность членов совета — правозащитников, вызывает определенные раздумья. Некоторые говорят, что Совет создан для помощи президенту. Возможно. Но нам кажется, что такой совет (по правам человека) должен служить в первую очередь гражданам и обществу.

Кому служим, господа правозащитники?

 ЭРНСТ ЧЕРНЫЙ