Общественно-политический журнал

 

 

У бездонных карманов Газпрома видно дно

Когда-то казалось, что хорошие времена для «Газпрома» никогда не закончатся, пишет The Economist. Крупнейший в мире производитель газа, созданный на основе советского министерства газовой промышленности, годами держал заоблачные цены на газ. По трубам в Европу шел газ, в обратном направлении текли доходы. «Газпром» начал работать в своей петербургской штаб-квартире стоимостью $1,9 млрд и выполнял роль бездонного кошелька для российских властей. Какие бы проблемы у него не возникали, деньги могли решить все.

 Сейчас все это под угрозой. Со временем газовые месторождения стали истощаться. Благодаря буму сланцевого газа в Америке недостатка «голубого топлива» на рынке нет. Европейские клиенты «Газпрома» осознали, что теперь у них есть выбор. Цены, которые «Газпром» может запросить, начали снижаться, а вместе с ними – и перспективы компании.

Годы легких прибылей сделали «Газпром» медлительным и неповоротливым. Концерн контролирует внутренний рынок, производя 75% газа в стране. Он является монополистом - экспортером. До последнего времени концерн контролировал поставки в Западную Европу, где объем его поставок оценивается в 25%. Еще сильней его хватка в странах бывшего советского блока в Восточной Европе. Долгое время такое положение дел защищало «Газпром» от скачков на мировых рынках.

 «Газпром» не является обычной компанией. Он служит двум хозяевам. Как компании с внешними инвесторами, концерну следовало бы стремиться максимизировать прибыли. Однако так как «Газпром» принадлежит государству, он обслуживает ещё и политические цели.

 На деле одному хозяину «Газпром» служит усердней, чем другому. Когда Путин пришел к власти в 2000 году, он сделал «Газпром» одним из ключевых инструментов нового государственного капитализма. Он посадил на высшие руководящие должности своих подельников. Использовал «Газпром», как инструмент внешней политики: например, в период политических конфликтов газовые поставки Грузии, Украине, Белоруссии и Молдове прекращались.

 Глубокие карманы «Газпрома» помогли Путину и внутри страны. Компания продает газ в России подешевле, чтобы зимой бедное население не замерзло. Хоть и несколько странно для энергетической компании, но «Газпром» приобрел несколько телеканалов и газет, которые сейчас прислуживают Кремлю. Представитель консалтинговой компании «Росэнерго» Михаил Крутихин считает, что «единственный управляющий «Газпрома» – Путин».

 «Газпром», имея друзей в коридорах власти, получает низкие налоговые ставки и привилегированный доступ к газовым месторождениям. Только вот цены на газ установлены поразительно высокие. Своих управленцев «Газпром» балует: в тендере 2008 года, например, были солярии и специальные ванны для лошадей. Научный центр Института международной экономики Петерсона вычислил, что несмотря на то, что в 2011 году, по официальным данным, доходы компании составили $46 млрд, $40 млрд компания потеряла из-за коррупции и неэффективности.

 

            Дворец Газпрома

Некоторые проекты, которые инициирует Путин, весьма спорны с точки зрения экономики. Например, он намерен построить $21-миллиардный «Южный поток». Этот проект привлекателен с политической точки зрения, потому что позволит обойти Украину, через которую проходит основной объем транзита газа в Европу. Учитывая неустойчивые цены и потребление, – это, как считает Крутихин, «коммерческий идиотизм». Открытый в 2011 году «Северный Поток» в Германию был дипломатическим маневром Путина, однако этот газопровод по-прежнему используется далеко не на полную мощность.

 Сейчас «Газпром» находится в непривычной для себя ситуации: у компании проблем больше, чем денег, которыми она могла бы их залить. 4 марта цена акций упала до самой низкой отметки за последние 4 года. Инвесторы считают, что «Газпром» стоит лишь треть от своей стоимости на 2008 год. Один брокер оценил рыночную капитализацию компании в $110 млрд, что составляет менее половины стоимости их активов.

 О трубах и власти

 Центральное поле военных действий «Газпрома» – Европа, его традиционный оплот и источник 40% прибыли. «Газпром» борется сейчас за сохранение своей старой системы ценобразования, при которой крупные европейские клиенты подписывают долгосрочные контракты, привязанные к цене на нефть. Однако эти потребители сейчас могут закупать сжиженный природный газ (СПГ) в Америке, в импорте которого США больше не нуждаются.

 На спотовом рынке газ, как правило, дешевле того, что Россия поставляет по долгосрочным контрактам. Гибкая норвежская энергокомпания Statoil снизила цены и получила часть рынка. «Газпром» медленно и с неохотой тоже предложил снизить цены, что, как полагают эксперты, обойдётся компании в $4,7 млрд в этом году. «Ситибанк» подсчитал, что каждое снижение европейских цен на газ в соотношении доллар на миллион БТЕ (британскую тепловую единицу) будет означать сокращение прибыли «Газпрома» на $4 млрд. Руководство «Газпрома» делает вид, что это временное неудобство, и настаивает на том, что старая схема ценообразования, привязанная к нефти, сохранится.

 Из-за того, что многие клиенты компании привязаны к контрактам, полноценный эффект глобального газового насыщения на чистой прибыли «Газпрома» не проявит себя сразу. Но он уже сказался на сокращении инвестиций. В прошлом августе «Газпром» с партнерами из французской Total и норвежской Statoil решили заморозить грандиозный проект в Баренцевом море, где должен был добываться газ для экспорта в Америку.

 И последняя угроза газпромовской старой схеме – юридическая. Антимонопольное расследование, инициированное Еврокомиссией, показало, что «Газпром» использует свою доминирующую позицию в центральной и восточной Европе для ограничения конкуренции и взвинчивания цен. Если компания это дело проиграет, она может столкнуться со штрафом величиной до $14 млрд и потерять мощный рычаг, позволяющий запрашивать у некоторых европейских стран более высокую цену, чем у других.

 Неблагоприятное решение суда также может стать угрозой для реализации стратегии, направленной на доминирование на европейском газовом рынке. «Газпром» без особой огласки выкупил газопроводы и газохранилища. Компания попыталась бойкотировать соглашения посредством выдачи займов доведенным до нищеты европейским коммунальным предприятиям, таким образом обеспечив себе клиентов. Если эта стратегия перестанет работать, «Газпром» больше не сможет быть таким могущественным политическим инструментом Кремля.

 Сказка Миллера

 Годами руководство «Газпрома» отрицало угрозы выбранной бизнес-модели. Председатель правления компании Алексей Миллер сначала называл бум сланцевого газа «мифом». Однако похоже, что недавно Путин его разбудил. Миллер признал, что за последний год произошла «реальная сланцевая революция» и заявил, что Россия должна найти «обоюдовыгодные формы сотрудничества» с клиентами.

 Будущее «Газпрома», возможно, подразумевает укрепление конкуренции даже на родине. В России у него появилось два конкурента: «Новатек» старого путинского подельника Геннадия Тимченко и «Роснефть» с государственным контрольным пакетом под руководством доверенного путинского подельника Игоря Сечина. Вместе негазпромовские компании производят четверть газа в России. Рост «Новатека» и «Роснефти» не говорит о том, что Кремль «решил создать конкуренцию», полагает Волчкова, но он скорее решил ей не препятствовать, как это было раньше.

 «Новатек», разрабатывающий на Ямале обширные месторождения газа совместно с французской Total, хочет, чтобы Кремль отменил экспортную монополию «Газпрома». Пока никаких решений не было принято, но Кремль может ослабить монополию посредством либерализации экспорта СПГ при сохранении за «Газпромом» эксклюзивных прав на экспорт трубопроводного газа.

 В краткосрочной перспективе проблемы «Газпрома» в Европе могут защитить компанию от конкурентов дома. Скорее всего, Кремль займёт оборонительную позицию на сложных переговорах с европейскими потребителями и регуляторами рынка. Он может предпочесть защитить «Газпром» за счет «Новатека» и других. Однако итоговый посыл весьма ясен: «Газпром» не может больше рассчитывать на то, что его золотой век будет длиться вечно.

 Это означает, что газовая монополия должна рассматривать перспективы на будущее. Если схема «Газпрома» не сработает, то концерн всё ещё сможет угрожать прекращением поставок. Руководство концерна надеется избежать такого развития событий, заявил представитель «Газпромэкспорта» Сергей Комлев, но компания «имеет право не поставлять газ, если цена нас не устраивает».

 Однако в ответ на угрозы потребители начнут искать других поставщиков. Помимо закупок больших объемов СПГ, некоторые страны ЕС склоняются к разработке собственных сланцевых месторождений. Исследовательские работы в ускоренном темпе идут в Восточной Европе, хотя бурение по-прежнему запрещено во Франции, Болгарии и Чехии.

 «Газпрому» как никогда необходимо обзавестись двумя вещами: новыми месторождениями газа и новыми рынками. И то, и другое сделать сложно. Старые месторождения истощаются. Международное энергетическое агентство подсчитало, что российским производителям газа, только для замещения основного объема своих нынешних ежегодных показателей в 655 млрд кубических метров газа, придется до 2035 года потратить $730 млрд. Между тем основная часть газпромовских 35 трлн кубических метров резервов находится в труднодоступных районах Ямала, на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири. «Газпром» вынужден будет потратить гораздо больше, чтобы добыть там газ. Может ли он это сделать? Пока хороших предзнаменований на этот счет нет.

 В 2011 году компания инвестировала $40 млрд, с малозаметными результатами. Уровень производства с 2001 года не увеличился . Тем временем «Газпром» теряет свои технологические преимущества. Некоторые представители компании полагают, что «Газпром» сможет продавать Европе газ по высоким ценам достаточно долгое время, чтобы накопить капитал, необходимый для развития газовых месторождений. Звучит оптимистично. Если бы компания лучше управлялась, то нашлась бы возможность экспортировать больше газа в Азию, где цены гораздо выше, чем в Европе.

 Один из вариантов – поставлять водным путем сжиженный газ. Однако «Газпром» слишком медлителен: несмотря на то, что на компанию приходится шестая часть мировой добычи газа, на рынке СПГ она занимает всего 20-е место. Запланированное строительство завода СПГ во Владивостоке пришлось бы кстати, но «Газпрому» придется инвестировать миллиарды, чтобы поставить производство на ноги.

 Еще есть возможность поставлять газ в Азию по газопроводу. Китай – вполне очевидное направление, учитывая соседство России со страной, которая является потенциально крупнейшим газовым рынком в мире. Но Москва и Пекин не могут договориться уже почти десять лет. У Китая есть договоренности на поставки газа из Центральной Азии, Австралии, Ближнего Востока, Западной Африки; почти со всеми, кроме России. Китай отказывается платить по азиатским ценам, а «Газпром» не уступает.

 Трансформация «Газпрома» в более гибкую и коммерчески ориентированную компанию потребует гигантских политических усилий. Компания имеет трейдеров по всему миру, которые могли бы воспользоваться ситуацией, если бы «Газпром» начал производство больших объемов СПГ. Эта перспектива сама в себе несет преимущества. Это могло бы даже привлечь больше инвестиций от крупных нефтяных фирм, хотя они могут предпочесть вкладывать средства в страны, с которыми проще иметь дело, чем с Россией.

 Многие аналитики полагают, что рациональней всего было бы отделить газопроводный бизнес «Газпрома» от добычи и продажи газа. Это увеличило бы гарантии того, что экономически бессмысленные газопроводные проекты не будут субсидироваться за счет экспорта.

 «Газпром» по-прежнему обладает множеством преимуществ, начиная от огромных газовых резервов и заканчивая нуждающимися в газе соседями. Однако компания так некомпетентно их использовала, что один аналитик сравнил ее с «динозавром на реактивных роликах». В настоящее время только Путин может это изменить. Если он продолжит выжидать, то скоро ни у него, ни у «Газпрома» выбора не останется.

 Источник