Общественно-политический журнал

 

 

Девочка из концлагеря Аушвиц

Зинаиде было три года, когда ее направили в концентрационный лагерь, где врачи стали проводить над ней эксперименты. Ее родители решают, что девочка пропала и перестают ее искать. Однако Зинаида выживает. В годовщину освобождения концентрационного лагеря Аушвиц она рассказывает свою историю.

Именно по номерам они узнают друг друга. 77370. В течение всей своей жизни Зинаида Гриневич ненавидит свой номер. Эту поблекшую татуировку на левой руке. Поезд прибывает на вокзал. Двери вагона открываются. Зинаида Гриневич чувствует удары своего сердца. Пожилая дама быстро подходит к ней в то время, как другие пассажиры усердно занимаются выгрузкой чемоданов. Кажется, это она – ее мама Юлия Пасынкова. Более пожилая дама смотрит на предплечье левой руки Зинаиды. 77370. Ее губы дрожат, когда она пытается разобрать номер.

Эти пять цифр - татуировка на коже маленькой Зинаиды Гриневич. Она была сделана, когда ей еще не было трех лет – 14 июня 1944 года в концентрационном лагере Аушвиц-Биркенау.

30 лет Зинаида Гриневич ждала этого момента, но сейчас она не способна почувствовать себя счастливой. Она не может почувствовать себя счастливой, увидев свою мать, своих трех братьев и свою сестру. В этот ясный летний день 1975 года солнце мягко освещает железнодорожный вокзал во Львове. Утром прошел дождь. Воздух свежий, и такого утра уже давно не было. Однако Зинаиде Гриневич кажется, что она может задохнуться от волнения.

«Это ты, - говорит мама, у которой на левой руке татуировка – 77369. – Боже мой! Это на самом деле ты, моя маленькая Зина».

Это был именно тот момент, которого она постоянно ждала. Никаких сомнений больше нет. Однако один вопрос остается открытым. Один упрек, вызывающий боль у матери, а также у ее дочери. «Почему ты меня не искала все эти годы? Вот именно - 77370! Ты ведь знала этот номер» - это все, что способна сказать дочь своей матери. Обе женщины плачут. Зинаида Гриневич, урожденная Пасынкова, не понимает, что в этот день перевешивает – радость или боль. 21 июня 1975 года все в жизни Зинаиды Гриневич перевернулось.

Черно-белые фотографии воссоединившейся семьи

В какой-то момент она смотрит в окно своей квартиры, расположенной на четвертом этаже. Внизу обычный зимний хаос жилого квартала на окраине города Львова. Пешеходы, проходящие мимо серых фасадов по обледенелой мостовой, старая «Лада», медленно пересекающая целое море из луж и обливающая ноги пешеходов потоками грязной воды. Обычный день 2013 года.

На столе в гостиной Зинаиды Гриневич прошлое приведено в порядок. Подтверждение службы поиска Красного креста относительно пребывания ее и ее матери в концентрационном лагере. Старые черно-белые фотографии, на которых изображена молодая женщина со своей вновь обретенной семьей. Со своими братьями, с матерью, с сестрой, тетей и другими родственниками. Сама Зинаида Гриневич при этом все время серьезно смотрит в объектив фотоаппарата.

Есть еще и старая газетная вырезка. С фотографией, сделанной в концентрационном лагере Аушвиц-Биркенау вскоре после его освобождения. Дети в арестантской одежде, с грустными взрослыми глазами. Колючая проволока, сторожевые вышки. Слева медсестра держит в руках маленького ребенка – это Зинаида.

Фотография была сделана незадолго до того, как Зинаиду и еще двух детей направили в детский дом в Лемберг. В тот момент эта трехлетняя девочка уже в течение нескольких месяцев была разлучена со своей мамой. Ее направили в концентрационный лагерь Равенсбрюк, а старшие братья и сестра оказались в лагере в Литве. Зинаида была слишком слаба для такой поездки. Кроме того, палачам из этого концлагеря она была нужна в качестве подопытного кролика. Для того, чтобы заразить ее инфекционными заболеваниями. Скарлатиной и ветряной оспой. После этого национал-социалистические медики испытывали на ней лекарства против этих заболеваний.

Зинаида принадлежит к числу детей, переживших пытки.

Зинаида слишком мала, чтобы вспомнить, где она родилась

Девочка случайно оказалась в Лемберге. Она родилась в Советском Союзе, а бывший прежде польским город Лемберг находится недалеко от границы. Маленькая Зинаида в 1945 году не могла вспомнить того места, где она родилась. «Я помню только, что они сказали другим детям: эту девочку привезли из Аушвица. Но никто тогда не мог понять, что это значит», - говорит Зинаида Гриневич. Голодные послевоенные годы. Сталин правит страной железной рукой. Все бывшие узники концентрационных лагерей находятся под подозрением в совершении предательства. Человеческая жизнь по-прежнему почти ничего не стоит.

Маленькая Зинаида спит вместе с 12 другими детьми на соломенных матрасах в общей спальне. Почти каждую ночь в животе бурчит от голода, и он болит. Зимой становится ужасно холодно. У нее аллергия на молоко, и поэтому она не может есть кашу, которая утром дымится на столе в жестяных мисках. Ей только исполнилось семь лет, когда она добровольно выразила желание заниматься уборкой на кухне. Она выскребала из кастрюль остатки пищи. «Так я смогла выжить», - тихо говорит Зинаида Гриневич.

Ее считали смирным ребенком, она часто болела, а в душе у нее была большая печаль. «Возникали одни и те же вопросы. Что произошло со мной в лагере? Почему я там оказалась? Что стало с моей семьей?» Для маленькой девочки начинаются болезненные поиски самой себя. Вскоре она все больше начинает ненавидеть этот номер на своей руке. Иногда она даже пытается закрасить его краской. «Этот номер виноват в том, что я никому не нужна», - рассуждает взрослеющая бывшая узница концентрационного лагеря. Она все больше узнает об ужасах существовавшей в Аушвице машины для уничтожения людей. Она спрашивает себя о том, как ей удалось выжить. Она направляет письмо в службу поиска советского Красного креста.

Номер заключенного ее матери – первый след

«Они переслали этот запрос в милицию Лемберга», - рассказывает Зинаида Гриневич. В какой-то момент в дверях появляется растерянный милиционер. «Извините, - говорит он. – К сожалению, я не знаю, как вам помочь». От властей она многого не ждет. Поиски временно прекращаются. До того момента, когда она выходит замуж, а ее супруг получает разрешение поехать к своим родственникам в Польшу. Там он посещает архив Аушвица.

«Он смог выяснить, какой номер заключенного был у моей матери. Он также узнал, что ее отправили в Равенсбрюк», - рассказывает Зинаида Гриневич.

Кроме того, ее муж возвращается с номером телефона художницы из Белоруссии, которая может оказать помощь в поиске. От нее Зинаида узнает, что у нее есть еще братья и сестра. «Как и мы сами, художница предполагала, что мой отец был в партизанском отряде в Советском Союзе и боролся против фашистов, и поэтому нашу семью привлекли к ответственности», - говорит Зинаида Гриневич.

Она направляет письма в те районы, где когда-то воевал ее отец. Вскоре сама Зинаида Гриневич получает польскую визу и направляется в Аушвиц-Биркенау. Она идет в блок 12: там она находилась во время своего заключения.

«Мы выезжаем 21 июля. Поезд 33, вагон 6»

«Мне не так много удалось вспомнить. Ведь я была маленьким ребенком. Я помню только, что я была слабой и больной. Помню также, что было тесно, когда мы ложились спать», - рассказывает она. Находясь в бараке, она вспоминает один случай. «Нужно было встать на стул, чтобы выглянуть в окно. Снаружи я увидела длинный строй маршировавших женщин. Я подумала, что они идут в церковь», - говорит бывшая узница концлагеря.

Вернувшись домой, она получает ответы из разных мест об отсутствии данных. Но в один прекрасный день раздается звонок в дверь. Это сотрудница почты. «Вот что я должна вам передать», - говорит она. «Дорогая дочка, сестра, племянница. 30 лет безуспешных поисков. Наконец-то наша мечта сбылась. Выезжаем 21 июля. Поезд 33, вагон 6. Твои мама, сестра, братья и тетя», - таков текст полученной телеграммы.

Чиновник в российском городе Брянске сделал больше, чем ему было положено, и опубликовал маленькое объявление в местной газете. Совершенно случайно именно там и проживала семья Пасынковых.

На следующее утро Зинаида Гриневич уже стоит на вокзале в Лемберге. Ее окружает целая группа людей. Здесь ее муж, оба ребенка, родственники и знакомые, а также пожилая воспитательница из детдома.

Почему мама не так активно искала?

Позднее от своей матери она узнает, что ее отец еще жив, но он женился на другой женщине, так он исходил из того, что вся его семья погибла в концентрационном лагере. «Он недолго нас ждал», - говорит Зинаида Гриневич. И у него была очень хорошая возможность найти свою потерянную дочь. «Мой отец был членом партии, имел хорошие связи», - говорит она. Он умер в 1979 году, и ни разу он не предпринял попытки встретиться со своим ребенком. И даже письма не написал.

Мать пытается всеми силами наверстать потерянное время. Она часто приезжает, и так продолжается в течение многих лет. В 1999 году она умирает.

Ее мать ограничилась подачей запрос о пропавших без вести в службу поиска Красного креста для того, чтобы найти свою дочь. «И сегодня меня еще задевает то, что она не так активно искала. Она сказала, что у одного из родственников могли возникнуть проблемы в его партийной карьере. А поиск бывших узников концентрационных лагерей при Сталине не особенно способствовали продвижению по службе», - говорит Зинаида Гриневич. Возможно, она также боялась, что после проведения медицинских опытов девочка могла стать инвалидом, как многие другие дети. «Я надеюсь, что это не было причиной», – говорит Зинаида Гриневич. Мать так и не ответила ей на этот вопрос.

В квартире ненадолго воцаряется тишина. У Зинаиды Гриневич в глазах слезы. Она никогда не сможет полностью простить свою мать. Хотя она очень рада тому, что нашла свою семью. «У меня был хороший муж, оба ребенка чего-то добились в жизни. Для меня сегодня это самое главное», - говорит она. Затем она смотрит на свою левую руку.

Татуировка на коже поблекла. «Разве это не хороший знак?» - спрашивает Зинаида Гриневич. Номер 77370 почти уже невозможно разглядеть.

Источник