Общественно-политический журнал

 

 

 

Россия сползает в бездну сталинской эпохи

О российских тенденциях рассуждает эксперт Московского центра Карнеги Лилия Шевцова

Если некоторые оптимисты прежде все же надеялись, что речь идет о выборочных репрессиях, о тактике устрашения, то весь драматический, трагический пример того, что произошло с Развозжаевым, свидетельствует о другом. У нас уже и правоохранительные органы, и политические органы (потому что правоохранительные органы не могли действовать без соответственного политического приказа и политического прикрытия) готовы к жесткой и массированной кампании репрессий против общества и инакомыслия. Собственно, речь идет о перерождении режима. Если раньше мы могли говорить о мягком авторитарном режиме, то теперь речь идет о гораздо более жестком авторитаризме с возможным уклоном в сторону усиления диктаторского насилия в отношении общества. Более того. Наши правоохранительные органы прошли через две чеченские войны, и то, что они сделали с Развозжаевым, они делали постоянно в Чечне. Практика насилия, которая, как казалось, была осуществлена и практиковалась лишь в каком-то сегменте, регионе Российской Федерации, стала теперь распространяться на всю страну. Больше нет иммунитета от политического и совершенно жесткого насилия со стороны государства. То есть, уже можно сказать: мы живем в новой стране, в новую эпоху.

Ваш прогноз: чем закончится «дело Развозжаева»?

Куда движется Россия?

В каком направлении движется страна, ясно. Это стало очевидно уже летом 2012 года, когда Дума по явному указанию Кремля приняла по сути дела репрессивный пакет законодательства, тем самым ввергнув страну в ситуацию чрезвычайного положения. Весь пакет законов, которые направлены против свободы митингов, свободы собраний и свободы самовыражения, свободы прессы и против финансирования неправительственных организаций из-за рубежа, которые включают и расширительное толкование государственной измены и так называемого политического экстремизма, которые позволяют оказаться человеку в тюрьме, в застенках на 7,8, 10, 15 лет, свидетельствует о том, что мы возвращаемся не просто во времена Советского Союза, а во времена 30-х годов, во времена сталинизма. И механизм, и практика репрессирования очень напоминает именно сталинскую традицию 30-х годов. 

Лилия Шевцова