Общественно-политический журнал

 

 

Режим объявил войну на уничтожение правозащитного сообщества

Бурная наступательная активность третьего срока Путина нарастает. На остатки конституционных прав обрушиваются удар за ударом. В ответ на «Закон Магнитского» партия власти жуликов и воров предлагает ввести спецрегистрацию неправительственных организаций, получающих иностранные гранты. Такой вот асимметричный ответ. Правозащитникам придется побывать в шкуре предыдущих заложников режима – грузин и таджиков.

 Основной удар внешне наносится по статусным правозащитным организациям, в принципе выступающим за диалог с властью. Но реально он придется на местных правозащитников, которые станут пугалом в глазах провинциальных чиновников. Им, например, будет сложней помогать заключенным, жертвам полицейского беспредела, жертвам жилищных афер, незаконных увольнений и прочее.

Планируемый закон – еще один шаг в кампании Кремля по разделению российского общества на европеизированную и ксенофобскую части. И ни к чему оправдываться тем, что государственные структуры и созданные властью подставные «гражданские» организации получают американские и евросоюзовские гранты, на порядки превышающие помощь независимым правозащитным структурам. Надо честно сказать – Путин объявил психологическую войну на уничтожение правозащитного сообщества.

Обращу внимание на подтасовки со стороны апологетов закона. Прежде всего, выдаваемый за образец рузвельтовский закон об иностранных агентах, был принят в 1938 году и направлен против агентуры Третьего рейха и оплачиваемой Берлином тайной пронацистской деятельности. Следовательно, Америку Обамы приравняют в качестве угрозы к гитлеровской Германии.

Далее, рузвельтовский закон направлен на агентов, выполняющих прямые указания иностранных «заказчиков». Российские неправительственные организации сами предлагают грантовые проекты, то есть сами «заказывают» себе формы и направления деятельности. Американский закон был направлен на предание гласности деятельности агентов нацизма и, позднее, международного коммунизма. Утвержденные гранты размещаются на сайтах фондов. Заставить НПО отчитываться перед Минюстом или налоговой в два раза чаще - это причинить некоторое беспокойство, но никак не парализовать деятельность организации. Поэтому смысл «антиправозащитного» закона – просто заклеймить неправительственные организации в глазах ксенофобов. Правда, возникает вопрос: позорит ли в современной России отметка «враг режима»?

В американском законе выделяется лоббистская или политико-пропагандистская деятельность по заданию иностранных государств или лиц. В единоросовском законе в качестве подозрительной будет отмечено стремление воздействовать на госорганы и государственную политику. Но любое обращение к должностному лицу, к депутатам, в органы власти (в том числе в суд) для защиты прав человека и гражданина – это уже стремление воздействовать на госорганы. Возможность легального воздействия на политику органов власти и легальное участие в формировании власти и политики – это основополагающие права граждан и их объединений в любом государстве, претендующем на звание демократического.

Новый антиконституционный законопроект, очевидно, преследует цель не допустить повторения событий декабря и марта, когда с помощью неправительственных организаций была развёрнута широкая кампания контроля над выборами. По результатам этой кампании общественность и пришла к выводу о нелегитимности нынешнего состава Госдумы и Путина в качестве президента. Спешу порадовать поборников режима: вряд ли будет ещё одна такая кампания наблюдения – легитимными общество согласится признать только выборы уже по новым законам, с уже совсем по-иному сформированными избиркомами, под наблюдением новой, если хотите, революционной или «переходной» администрации.

Подоплека второго «закона Сидякина» (парень явно хочет попасть в университетские учебники истории России - в главу «Окончательный выход путинского режима из конституционного пространства и его нарастающий кризис») немудрящая. «Все знают», что на честных и свободных выборах «партия власти жуликов и воров» победить неспособна. Однако разоблачение нелегитимности выборов (а также системной коррупции верхушки режима) чревато крахом государственности. Следовательно, любая деятельность, направленная на разоблачение нарушения режимом закона является подрывной. А финансирование деятельности неправительственных организаций, ведущих мониторинг соблюдения законов властями, их политическими агентами, а также правоохранителями, – суть враждебная деятельность, подрывающая власть жуликов, воров и палачей Магнитского и Алексаняна.

В свою очередь, на «асимметричный ответ» Госдумы на решение Конгресса по «закону Магнитского» я предлагаю отечественной оппозиции также ответить асимметрично – публичным заявлением о неизбежности люстрации в отношении всем бенефициаров узурпации власти: не только всех депутатов Федерального собрания, кто был во фракции «Единая Россия» в момент принятия антиконституционных законов, но и всего актива партии.

Не мы объявили эту войну.

Евгений Ихлов