Общественно-политический журнал

 

 

Традиции восточных деспотий

Проезд Путина 7 мая перед инаугурацией от Белого дома в Кремль по абсолютно пустым, безжизненным улицам — по Новому Арбату, Бульварному кольцу и затем по Пречистенской и Кремлевской набережным — поражал своей символичностью: зримым одиночеством федеральной власти, ее предельной отдаленностью от народа. И когда включали камеру, установленную на вертолете, было видно, что пространство пустоты расползалось в стороны от сановного маршрута на изрядное расстояние — люди были изгнаны не только с тротуаров, но и из дворов, садиков, с примыкающих улиц и переулков. Ну что люди, что-то вроде антуража, при необходимости можно убрать подальше, а потом вернуть. Подобное отношение к народу уважительным не назовешь. Хамство, да и только.

Впрочем, это лишь продолжение хорошо известной нам традиции: дежурному перекрытию улиц для проезда сановных кортежей. А уж как ведут себя отдельные высокопоставленные чиновники, оказавшись на дороге, можно не напоминать.

Недавно электронные и бумажные СМИ уделили много внимания конфликту, случившемуся возле торгового центра «Европейский», где представители движения «СтопХам» пожурили Мадину Мингаеву, жену заместителя полпреда Чеченской республики при президенте РФ, за неправильную парковку и в ответ услышали такое, что удивило многих. А потом на Porsche Cayenne примчался ее сын Ислам Мингаев с группой поддержки на джипах и без разговоров, ничего не выяснив, бросился в драку. И что характерно: полицейские предпочли не вмешиваться в завязавшуюся потасовку. Похоже, увидели, что женщина не простая.

Азартно описывая подробности конфликта, журналисты обсуждали самые разные аспекты, связанные с ним: имели ли право активисты движения «СтопХам» указывать сановной автомобилистке на ее неправильные действия или это абсолютная прерогатива гаишников? Было ли все происшедшее заранее подготовленной провокацией против конкретной особы, призванной ухудшить имидж Чеченской республики? Оправданно ли представление, что чеченские женщины кроткие и культурные? Была ли это вообще Мадина Мингаева или какая-то другая дама? Будут ли активисты, сражающиеся с неправильно паркующими машины водителями, писать заявление в полицию и подавать в суд по поводу оскорблений со стороны Мингаевой и нападения на них ее сына? И так далее.

Но почему-то оказалась незатронутой главная тема, связанная с конфликтом у торгового центра «Европейский»: о нравах высоких чиновников и их близких, о той, с позволения сказать, элите, которую навязало нам нынешнее государство. Поскольку дело вовсе не в том, что неподобающим образом вели себя уроженцы Чечни, а в том, что их поведение определялось чиновным статусом их мужа и отца. Ибо, начиная с некоторого уровня должностей, отечественный чиновник чувствует себя неподвластным закону, а значит, может плевать на обычных людей, на общество. Чувство полной безнаказанности, знание того, что полиция, прокуратура, ФСБ и судебная система под их контролем и никогда не позволят себе выступить против истинных «хозяев государства», рождают беспредельное хамство, которое проявляется не только на дороге, но и во всех сферах жизни. Это и поведение в случае аварий, и высокие должности в связанных с государством богатых финансовых организациях и госкорпорациях, которые занимают совсем юные, но невероятно талантливые дети высоких чиновников, и земельные участки, которые они официально получают за бесценок, и супердорогие поместья, которые строят в заповедных лесах, и постоянная утеря видео- и иных вещественных доказательств, не позволяющая возбудить уголовное преследование тех высокопоставленных чинов, которые по недоразумению попались на коррупционных делах, и уйма прочего. Это чувство безнаказанности передается близким чиновника: жене, детям, братьям, сестрам, дядьям. Каждый из них вкушает от «пирога», доступного избранным.

Начальственное хамство в чистом виде восходит к традициям восточных деспотий, где оно неразрывно было связано с утверждением высокого положения того или иного чиновника. Поскольку, унижая других, они доказывали собственную значимость. Это «азиатчина» в худшем понимании данного слова, полная альтернатива европейской культуре. И вот что примечательно: высокие чиновники любят посылать своих отпрысков учиться в Европу или Северную Америку, любят там отдыхать. Они знают, что там их права будут защищены, что там их не унизят. Зато в России они ведут себя не по-европейски. Потому что здесь — их вотчина. Причина — превалирующая в нашей стране система ценностей и тот отрицательный отбор, который выводит на высокие кресла людей бескультурных, не уважающих никого, кроме вышестоящего начальства.
У чеченских больших, средних и малых начальников, включая тех, кто обстреливал в Москве автобусы, равно как и у их родственников, точно такие же ценностные установки, как у всех остальных больших, средних и малых российских чиновников и их родственников: они не уважают людей, но они уважают власть, силу, богатство. Они не имеют самоуважения, поскольку унижая всех, кого они считают ниже себя, они в то же время готовы унижаться перед теми, кто выше по должности, влиянию или богатству. Фактически все они — люди прошлого, которое преследует нас, от которого мы никак не можем избавиться. Но самого главного российского чиновника подобное положение дел, похоже, устраивает. Ибо вертикаль власти может держаться только на подобных людях. Ибо главное, что от них требуется — лояльность непосредственному начальству и, разумеется, федеральной власти.

Надо сказать, что глава Чечни Рамзан Кадыров отреагировал на конфликт — слишком большой резонанс он вызвал. Кадыров показательно уволил Тамерлана Мингаева с должности заместителя полпреда республики при президенте РФ. Причем публично заявил, что отставка связана с некорректным поведением его супруги Мадины Мингаевой. Выяснилось, что чеченская женщина так себя вести действительно не должна. А сановные жены, сестры, матери других национальностей? Они могут так себя вести? Думается, что их высокопоставленных родственников никто не уволит за неподобающее поведение родственных женщин. Они могут беспрепятственно угрожать кому угодно, разумеется, из так называемых простых людей. О начальственных мужчинах, нечеченцах и чеченцах, тоже можно не беспокоиться — им никто хамить не запрещал и запрещать не собирается. Как и нашим доблестным полицейским, которым вменено в обязанность показывать народу его место.

Начальственное хамство существует не само по себе. Оно неразрывно связано с нашими культурными особенностями: отсутствием уважения к человеческой личности, которому неизбежно сопутствует отсутствие самоуважения. Непониманием ценности свободы. Неумением значительной части населения нести ответственность за себя, вечным упованием на государство. Все это тесно смыкается с «апологией антизападничества, пропагандой традиционного самовластия и великодержавия как высших ценностей российской цивилизации». На самом деле это остатки прошлого, которые мы никак не можем преодолеть. Но которые активно культивирует нынешняя власть. Дабы и в будущем иметь лояльный ей, управляемый народ. Который можно обирать и которому можно беспрепятственно хамить, рассуждая при этом о важности защиты прав человека.

Игорь Харичев