Общественно-политический журнал

 

 

С такими анализами больные долго не живут

Сколько просидит в президентском кресле Путин и что может сподвигнуть его на ранний уход?

Для начала я расскажу историю, подтверждающую то, что точные ответы на такие вопросы нельзя давать. В феврале 1917 года Владимир Ленин читал лекцию молодым швейцарским социал-демократам. Ему задали аналогичный вопрос: «А когда будет революция в России?» Он ответил, что «нам старикам дожить не удастся, а вот вы молодежь, наверное, увидите». Когда Владимир Ильич вернулся домой, Надежда Константиновна Крупская передала ему телеграмму из Петрограда об отрешении государя-императора.

То есть такие вещи точно непредсказуемы. Предсказать можно лишь тенденцию.

Современный властный режим достиг такого уровня исчерпанности своего проекта, что он отвергается — и это показали события последних трех месяцев — всей передовой, продвинутой, креативной молодой частью населения. Он абсолютно потерял политический дискурс — даже официальная статистика, на мой взгляд, демонстрирует, что Путин проигрывает в крупных городах — прежде всего, в Москве — и реальной поддержки не имеет в обществе.

С такими анализами больные долго не живут. На мой взгляд, Путин уже ничего не может предложить конструктивного, кроме двух тем, которые эксплуатировались во время выборов, — это, во-первых, «заговор Запада на предмет расщепления России» и, во-вторых, «возвращение к олигархии 90-х». И это говорит человек, который, по моему мнению, сам поставлен этой олигархией у власти и укрепил ее.

Поэтому данный вопрос кроется в активности протеста. Вот на такую долгую дистанцию, как шесть лет, такие режимы не живут. Я думаю, что это вопрос полутора-двух лет максимум.

Путиным сделана масса предвыборных обещаний. Спросят ли избиратели у него об итогах работы?

А что спрашивать? Он выступал за все хорошее: за сильную Россию, за стабильный режим, за процветающее население. Очень трудно спросить что-то конкретно. Назывались цифры, расходы, которых требуют все эти путинские обещания. По анализам экономистов, они превышают возможности бюджета при стоимости нефти даже 140—150 долларов за баррель. Поэтому разочарование социальное неизбежно.

На мой взгляд, и сама власть, и ее пропагандисты не скрывают, что на ближайшей повестке дня будут стоять вопросы повышения пенсионного возраста, ликвидации остатков бесплатной системы образования и медицины. Вряд ли это может сделать режим более популярным, наоборот, это расширит базу протеста, включив в него большинство тех людей, которые пока позволяют подвозить себя на автобусах за небольшое вознаграждение на митинги в поддержку Владимира Владимировича.

После  Ельцина пришел  Путин, а после Путина —  Медведев. Теперь очередная рокировка. Вы говорите о скором уходе Путина, но не придет ли вместо него человек из его же команды?

Путин не может уйти один — он член команды. На мой взгляд, свержение Путина будет означать не только его уход с политической сцены, но и, безусловно, расследование деятельности всей «бригады». Поэтому не будет замены Путина на Пупкина, режим будет держаться до конца.

В общем-то, даже 100-тысячный митинг был бы достаточен для какого-то внутреннего переворота — как, например, произошло в Египте, где те же военные сдали Мубарака, — если бы какая-то часть окружения Путина решила избавиться от такой одиозной фигуры. Но они этого не делают, по моему мнению, потому, что понимают, что ответственность придется нести всем.

Речь идет не о замене одной личности. Наследников у Путина уже не будет. Он должен уйти с политической арены.

Андрей Пионтковский