Общественно-политический журнал

 

 

Про государственный переворот. Коротко

Я координировал действия наблюдателей в Адмиралтейском районе Петербурга.

То, что происходило 4 марта у нас нельзя назвать фальсификациями. Закон нарушали совершенно открыто, не скрываясь и не пытаясь подвести под это хоть какое-то юридическое основание.

На большую часть участков наблюдателей, совещателей и СМИ просто не пустили, сославшись на то, что у них уже закрыты все эти места. Проверить записи в реестре и документы, на основании которых были зарегистрированы псевдонаблюдатели, не удалось даже доверенным лицам кандидатов в президенты.

Доверенное лицо Прохорова (Т.М. Потапенко) под угрозой насилия была отвезена из 10 УИКа в 1 отделение милиции. Предлог – проверка документов.

На несколько участков не пустили не только наблюдателей, но и избирателей, и милицию (в частности УИК 71, УИК 1994). На 71м по официальным данным проголосовало почти полторы тысячи человек (98% за Путина), на 1994м – две тысячи триста (94% за Путина)

С 61 УИКа выгнали миссию ОБСЕ.

Те наблюдатели, которым удалось пройти на участки, в массовом порядке удалялись. Очень часто без о всякого оформления документов, под угрозой насилия или с применением насилия.

С 18 УИКа наблюдателя милиция вытащила за ноги, он потерял сознание.

На 44 УИКе совсем юную девушку, члена УИК с правом решающего голоса пытались незаконно отстранить, она отказалась уходить (члена УИК с ПРГ не могут удалить с участка), в результате ее в наручниках унесла с участка полиция. У нее остались побои.

Перечислять можно долго.

Мы думали, что будут фальсификации, предполагали, что большая часть нарушений будет в ТИКах (так как в УИКах у нас должно было быть много наблюдателей) и поэтому пытались собирать копии протоколов. По факту это оказалось совершенно бессмысленно.

Трактую события 4 марта как государственный переворот.

Источник

По теме:

Никаких выборов 4 марта не происходит. 4 марта проводится спецоперация ФСБ по узурпации власти в России

Это не выборы. Это ГКЧП