Общественно-политический журнал

 

Кошмары и болото малого бизнеса в России

В российских тюрьмах и на зонах сидит треть миллиона бывших предпринимателей. В стране, где так много говорят о стимулах для малого бизнеса, под судом побывал каждый шестой бизнесмен.

Таковы данные Яны Яковлевой, председателя организации "Бизнес Солидарность", которая защищает интересы малого и среднего бизнеса в России. Отбывают наказание в тюрьме за экономические преступления около 300 тысяч бизнесменов. Каждый год около 30 тысячам человек выносят обвинительные приговоры по статье "мошенничество".

Массовый характер эта тенденция приобрела после 2003 года, когда был арестован самый богатый человек в России, крупный бизнесмен Михаил Ходорковский.

Когда сажают бизнесменов такого масштаба, правоохранительные органы словно получают сигнал, что можно посадить и более мелкого предпринимателя, и не только в столице - говорят адвокаты, защищающие бизнесменов в провинциальных судах.

После ареста Ходорковского "бизнес стал открыт для "кошмаренья", считает Яна Яковлева, председатель "Бизнес Солидарности".

Она сама провела более полугода в тюрьме по обвинению в незаконном сбыте ядовитых веществ после того, как ее компания, занимающаяся выпуском химической продукции, как рассказывает сама Яковлева, "отказалась участвовать в коррупционных схемах", предложенных органами наркоконтроля.

"Когда ко мне в 2005 году пришли в офис оперативники и увидели документы на иностранном языке у меня на столе, они сказали: "О, да у вас тут маленький ЮКОС какой-то!", - рассказывает Яна Яковлева.

 

Цитата:

Разрыв между речами наших первых лиц и действиями на местах огромный. Например, в Краснодаре в СИЗО с декабря сидит предприниматель, к которому применили меру наказания арест по спору хозяйствующих субъектов. Там даже уголовного преступления нет!

Валерий Бочарников задает судье вопрос: "Ведь президент Дмитрий Анатольевич сказал, что за экономические преступления нельзя применить меру пресечения арест!" И судья отвечает: "Это проблемы Дмитрия Анатольевича".

Александр Бречалов, вице-президент "ОПОРЫ России"

 

Большую часть сферы малого бизнеса в России составляют торговля и услуги. Такова оценка общественной организации малого и среднего бизнеса "ОПОРА России".

60-80% всех предпринимателей в этом секторе - это "болотце, которое чувствует себя комфортно, потому что умеет договариваться", считает вице-президент ОПОРы Александр Бречалов.

"Предприниматель не думает, что он может развиваться, - говорит Бречалов. - Он в доле и с милиционером, и с налоговиком".

"В регионах единицы предложат помочь, большинство напишут на салфетке цену входного билета - сколько тебе будет стоить та или иная помощь", - говорит представитель ОПОРы.

И тем не менее, в регионах ситуация чуть лучше, чем в Москве, отмечают эксперты. В Москве больше бизнеса, а, значит, и больше коррупции.

Но в разных губерниях малый бизнес развивается неравномерно.

Почему в одних регионах у предпринимателей условия лучше, а в других - хуже, эксперты не знают.

"В Татарстане идеи предпринимательства навязчиво насаждаются уже на школьном уровне", - удивляется Александр Бречалов.

"Мы были на венчурной казанской ярмарке, и я с удивлением узнал, что есть масса школьных компаний, которые занимаются производством. И деньги привлекают, выпуская акции. И они прекрасно понимают, что такое эмиссионная бумага, акция, что по ней надо возвращать деньги и так далее Вряд ли в другом регионе такое есть!" - рассказывал Бречалов.

Среди тех предпринимателей, которые не хотят платить взятки, приблизительно половина подвергаются давлению со стороны силовиков, считают в ОПОРе.

Несмотря на то что в 2008 году президент России Дмитрий Медведев дал команду правоохранительным структурам "перестать кошмарить бизнес", представители НПО, да и самого бизнеса, говорят, что именно МВД и ФСБ мешают им работать.

"Силовики должны бороться с террористами, а не с нами!", - восклицает финансовый директор ЗАО "Агромол" Диана Гришина. Ее осудили на пять лет условно за "нецелевое хищение кредитных средств" на строительство фермы в Костромской области. Владельца "Агромола" приговорили к пяти с половиной годам тюрьмы.

По рассказам Дианы Гришиной, к хозяину компании Дмитрию Малову пришли сотрудники правоохранительных структур и потребовали продать им завод по производству молочной продукции. А когда Малов отказался, то они пригрозили отправить его в тюрьму.

И такая схема, говорят эксперты, очень распространена.

"В Иркутске и в Москве бизнес "кошмарят" одинаково", - говорит Яна Яковлева.

По ее словам, многие сфабрикованные уголовные дела заводятся или для статистики, или по заказу.

Случай в Костроме - уже второй.

"На каждый актив обычно есть претендент - или из конкурентов, или чиновник, или родственник губернатора", - объясняет Яковлева.

В случае с ЗАО "Агромол" на месте, где стоит завод, в центре Костромы, можно построить элитное жилье или торговый центр, говорят юристы компании и ее сотрудники.

"Правоохранительные органы ничего не боятся, поэтому и угрожают открыто. Никто не ставил задачу помешать им!" - говорит Яна Яковлева.

Те антикоррупционные дела, которые раскрывает Следственный комитет, указывают на отдельных участников коррупционных схем, но не раскручивают всю схему до самого конца, говорит эксперт. Или вернее, до самого верха, как это было в Италии.

В начале 1990-х в Италии была организована громкая кампания "Чистые руки", которая выявила тесные связи бизнеса, мафии и власти. В результате во взяточничестве были обвинены более двух с половиной тысяч человек, включая бывшего премьер-министра Джулио Андреотти.

Хуже, чем сейчас, предпринимателям в России уже, наверное, быть не может, говорят эксперты. И это признание не могут пересилить никакие разговоры о важности стимулов для развития малого бизнеса.

Эта торговая точка чувствует себя комфортно, ибо дает взятки. Такова норма сегодняшней жизни

 

И немножко арифметики:

Не кошмарьте бизнес – сказал президент два года назад. Что изменилось за это время?

Малый бизнес. Фирма на «упрощенке», каких в нашей стране большинство. Начисляем зарплату за январь.

Изменились отчисления с фонда заработной платы. Теперь «упрощенцы» помимо пенсионного фонда будут отчислять средства в фонды социального и медицинского страхования. Ставки отчислений в пенсионный фонд также выросли. При этом, увеличена ставка не накопительной, а только страховой части пенсии. Т.е. увеличился доход государства, а не будущая пенсия работника. Изменилась структура начисления по больничному листу – не в пользу работника и не в пользу работодателя.

К примеру. В Карелии ежемесячный фонд оплаты труда средней фирмы малого бизнеса на «упрощенке» «доходы минус расходы» со штатом два человека – 25 тыс. руб. Это означает, что еще в декабре прошлого года работодатель уплачивал в бюджет 6.75 тыс. руб., в т.ч. 3.25 тыс. руб. - подоходный налог, 3.5 тыс. руб. – пенсионный фонд. Размер накопительной части взносов в пенсионный фонд – 1000 руб.

С января т.г. такой же фонд оплаты труда обходится работодателю в 11.75 тыс. руб. Из них 3.25 тыс. руб. - подоходный налог, 8.5 тыс. руб. – отчисления в пенсионный фонд и фонды социального и медицинского страхования. На прежнем уровне остался размер накопительной части пенсии – 1000 руб.

Вывод. В нашем примере расходы работодателя на содержание работника выросли на 5 тыс. руб. При этом прибыль работодателя уменьшилась на те же 5 тыс. руб. Работник остался с той же зарплатой и пенсией (и даже возможно лишился обещанной премии). А выиграло только государство в лице пенсионного фонда, фондов социального и медицинского страхования, которые получать будут значительно больше, а компенсировать существенно меньше.

Справедливости ради отметим, что, все же, для работодателя есть и выгода. Налог, уплачиваемый по УСН, по итогам месяца уменьшится на 625 руб. (5 тыс. руб. новоявленного убытка умножить на 12,5%). Но и это осуществимо при условии, что доходы фирмы как минимум на 9% превышают ее расходы.

Все эти выкладки наводят на грустные (кошмарные) мысли – а может государство напрасно ждет белых зарплат?

Не будем вспоминать о тотальном росте цен.