Общественно-политический журнал

 

Рауль Валленберг

Рауль Валленберг — шведский дипломат, в 1944 году спас десятки тысяч венгерских евреев [ Raul Gustav Wallenberg (1912 – 1947 ?) родился 5 августа1912 г. в Стокгольме в одной из самых богатых и известных семей Швеции. В июле 1944 года Валленберг был назначен первым секретарем Шведского представительства в Будапеште.
Пользуясь дипломатическим статусом, он выдавал многим евреям шведские паспорта. Ему также удалось убедить некоторых немецких генералов не выполнять приказы Гитлера по вывозу евреев в лагеря смерти и предотвратить в последние дни перед наступлением Советской Армии уничтожение Будапештского гетто, где на момент прихода советских войск находилось 97 тысяч евреев.
 
Всего из 800 тысяч евреев, проживавших в Венгрии до войны, выжило 204 тысячи. Не менее 100 тысяч из них обязаны своим спасением Раулю Валленбергу. ] от уничтожения в немецких лагерях смерти и от рук венгерских салашистов.
 
В январе 1945 года, по пути на встречу с командующим советскими войсками, он был задержан в Будапеште советскими солдатами и по распоряжению высших советских руководителей отправлен в Москву, где — по официальной версии Советского правительства и советских официальных лиц (Молотова, Вышинского, Громыко и многих других) — умер в Лубянской тюрьме в июле 1947 года и притом не был ни судим, ни осужден.
[ По данным Комиссии по реабилитации жертв политических репрессии при Президенте РФ (Комиссия А.Н.Яковлева) в КГБ Валленберга числили «жидовским прихвостнем из Швеции», его долго безуспешно держали для выгодного обмена, а потом в 1947 г. (?) расстреляли, уничтожив все документы.

Память о Валленберге

За заслуги перед человечеством Валленбергу поставлены памятники во многих городах мира . В Москве такой памятник установлен во дворике Библиотеки им. М. И. Рудомино. В честь него названы
- Улицы во многих городах государства Израиль
- Институт специальной педагогики и психологии ИСПиП в Санкт-Петербурге
  - Детский фонд им. Рауля Валленберга, Стокгольм, Швеция


Памятник Раулю Валленбергу в Лондоне


Мемориальная доска в Будапеште, Венгрия


Памятник в Москве Раулю Валленбергу, погибшему во внутренней тюрьме МГБ СССР

 

 

Сколько он прожил, где и когда он умер?

 

Сколько он прожил, где и когда он умер или был убит. Загадка смерти шведского дипломата Рауля Валленберга остаётся непрояснённой до сих пор. Но 7 февраля 1957 года - дата, когда было официально объявлено о его смерти в лубянской тюрьме.

Отпрыск богатого шведского рода, Рауль Валленберг родился в 1912 году в Стокгольме. Отец, морской офицер, умер до рождения сына. Воспитывался в семье деда-дипломата, работавшего в Японии, Китае, Турции. Прибыл летом 1944 года в Венгрию по делам экспортно-импортной фирмы. Вооружившись дипломатическим паспортом, Валленберг действовал в ранге атташе шведского посольства в Будапеште. Его миссия была определена так: "изучать положение венгерских евреев и других меньшинств и сообщать об этом".

Почему Валленберг взялся за свою последнюю миссию? Может быть, потому, что провел предвоенные годы в Палестине, где он работал в представительстве нидерландского банка, а затем много ездил по Европе и видел то, во что вплоть до 1944 года было удобно не верить Рузвельту и Черчиллю, которые уже всё знали о лагерях смерти и газовых камерах. Но как бы то ни было, а Совет по делам беженцев, который должен был оказывать помощь евреям и другим жертвам нацизма, был создан только в 1944 году. Рузвельт, вероятно, понял, что "окончательное решение еврейского вопроса" идет полным ходом и что его правительству, как и правительству Великобритании не удастся оправдаться в бездействии. Ответов на вопрос, почему именно Валленберг стал главным действующим лицом организации в Будапеште, надлежит искать не в российских, а в американских архивах.

Поручение Валленбергу было дано шведским правительством, которое, в свою очередь, действовало по просьбе других просителей, озабоченных положением будапештских евреев в том числе - Всемирным еврейским конгрессом. После того, как Гитлер узнал о попытках Хорти добиться сепаратного мира с союзниками, Венгрия была оккупирована германским вермахтом. В марте 1944 власть в стране перешла в руки СС и гестапо. Адольф Эйхман организует депортацию венгерских евреев в лагеря уничтожения. К моменту прибытия в Будапешт Рауля Валленберга из Венгрии в лагеря смерти, располагавшиеся на территории Польши, десятками эшелонов уже вывезено 437 тысяч евреев. Цель Рауля Валленберга - спасти как можно больше из остававшихся пока в живых 200 тысяч венгерских евреев.

Методом спасения избрано вручение евреям свидетельств о шведском гражданстве. Война приближалась к концу, машина истребления евреев работала полным ходом. Чем ближе подходили советские танки, тем яростнее шло "окончательное решение еврейского вопроса". Валленберг и его шофер иногда ухитрялись заморочить голову офицерам, которые сопровождали эшелоны с уже, казалось бы, обреченными людьми. Так, в шведском фильме реконструируется сцена, в которой с помощью пяти паспортов Валленбергу и его шоферу удалось снять с поезда 52 человека.

"Сколько у нас паспортов? Пять. Пять? И 52 человека. Если это не удастся провернуть мгновенно, всё потеряет смысл. Это - рабочая команда для ремонта в шведском и испанском посольствах! У всех имеются шведские паспорта: Фишер! Здесь! Зингер! Здесь!".

Чтобы добиться своей цели, Рауль Валленберг использует связи семьи, особенно тех её членов, кто сохраняет контакты с национал-социалистской Германией. Дядя Рауля Валленберга, Якоб Валленберг, является деловым партнером немецких производителей вооружений. Немцам старшие Валленберги поставляют сталь. Советам - шарикоподшипники. О связях Валленбергов хорошо известно и советской разведке. Племянник оказывается под двойным нажимом.

Валленберг скупал в Будапеште дома и объявлял их собственностью шведской миссии. В этих домах селились тысячи евреев, которым он выправлял охранные грамоты шведской миссии.

"Сейчас они придут, но вам нечего опасаться. У всех здесь есть шведские паспорта, у всех - шведские паспорта!".

Шведская миссия начала помогать евреям еще до приезда Валленберга - сразу после оккупации Венгрии немцами. Но Валленберг придумал сам документ, имевший спасительное название Schutz-Pass, оказывавшее магическое действие именно на офицеров и солдат вермахта. Желто-голубой лист бумаги с тремя коронами, составленный на немецком и венгерском языках и скрепленный несколькими печатями, никакой юридической силы не имел и всё-таки действовал.

Этот факт - пренеприятное свидетельство против всех тех, кто отказывался во время войны помогать беженцам - не только евреям и цыганам, которых смерть ждала со стопроцентной вероятностью. Если один человек и смехотворный персонал шведской миссии смогли в кратчайшие сроки спасти жизни десятков тысяч людей, то что могли бы предпринять такие страны, как Швейцария или Великобритания?

16 января 1945 года шведское правительство было проинформировано о том, что Валленберг находится в Будапеште под защитой советской администрации. На следующий день его перевозят в расположение штаб-квартиры советских войск. Это был последний день, когда Валленберга и Вильмоша Лангфельдера видели на свободе. Валленберга перевозят Москву.

Через 12 лет после войны, 7 февраля 1957 года тогдашний заместитель министра иностранных дел Громыко официально извещает шведского посла в Москве о том, что Рауль Валленберг скончался в тюрьме МГБ от инфаркта. Правда, никаких доказательств этого приведено не было.

После перестройки заговорили миллионы молчавших. А некоторые из тех немногих, кто знал больше других, написали воспоминания. Так, в воспоминаниях Серго Берия, сына Лаврентия Берия, читаем:

"Среди "белых пятен" истории спецслужб и загадочная судьба Рауля Валленберга. Несколько лет назад один из бывших резидентов КГБ в Индии заявил, что Валленберг являлся посредником на тайных переговорах между Лаврентием Берия и главой СС Генрихом Гиммлером в 1944 году. Другие источники утверждают, что советские органы безопасности пытались завербовать Валленберга, а когда это не удалось, расстреляли... Валленберг, знаю, был связан с американцами, и все его действия в Будапеште проводились по указанию и с ведома США. Он действительно очень много сделал для спасения людей. Но никакого отношения к советской разведке он никогда не имел, не говоря уже о том, что никакие переговоры между Гиммлером и моим отцом или кем-либо другим из представителей СССР никогда не велись. Это утверждение абсолютно абсурдно, хотя, знаю, в советской печати о мифических переговорах в последние годы написано много. Захватил Рауля Валленберга "СМЕРШ", который возглавлял тогда Абакумов. Затем арестованного дипломата передали органам безопасности. Мой отец никакого отношения к судьбе Валленберга никогда не имел, и я, естественно, не знаю, что произошло с этим человеком на территории СССР".

Как видно, интерес мемуариста здесь в том, чтобы убийство Валленберга не приписывалось отцу - Лаврентию Берия.

В 1991 году была создана российско-шведская комиссия по расследованию обстоятельств исчезновения Рауля Валленберга. В январе 1993 года в шведских газетах была опубликована ксерокопия приказа наркома обороны СССР Николая Булганина командующему Вторым Украинским фронтом Родиону Малиновскому об аресте Рауля Валленберга и его переправке в Москву. Официальные лица СССР и России десятилетиями повторяли:

"Установить обстоятельства ареста и содержания под стражей Валленберга и Лангфельдера в ходе проверки всех имеющихся архивных фондов не удалось. Фактические обстоятельства их смерти, наличия материалов уголовного дела, личных дел арестованных или дел военнопленных найти не удалось".

Именно поэтому большой интерес представляют мемуары чекиста Павла Судоплатова, подробно рассказывающего о действиях подразделений, которыми он руководил, в том числе о совершенных им лично или по его приказу убийствах. По версии Судоплатова,

"...Валленберг попал в жернова разведывательно-карательной системы в самый неудачный момент, когда система перенастраивалась на нового врага №1. До 1945 года это была гитлеровская Германия, а с 1946 - Америка и Великобритания. Бесстрашный человек, безусловно имевший все виды на то, чтобы стать на Западе значительным политическим деятелем, Валленберг ни минуты не молчал бы о том, свидетелем чему он был в Будапеште и в Москве. Именно поэтому он и попал в умелые руки токсикологов лаборатории-Х, руководимой профессором Майрановским, где ему, вероятно, была сделана смертельная инъекция, вызвавшая инфаркт".

Предложенная Судоплатовым версия объясняет, почему убили Валленберга. Но не объясняет, зачем столько десятилетий скрывали этот факт.

В 1989 году Советское правительство пригласило членов семьи Валленберга в Москву, дабы передать им оставшиеся от их родственника предметы: паспорт, блокнот, деньги и портсигар. Это было приглашение поверить и забыть навсегда.

Но 22 декабря 2000 года Генпрокуратура России снова вернулась к делу и реабилитировала Рауля Валленберга. В январе 2001 года генеральный прокурор России торжественно передал документы о реабилитации Валленберга послам Швеции и Венгрии.

Как ни трагикомично выглядит эта реабилитация, она не дает успокоиться, прежде всего, людям, спасенным Раулем Валленбергом. Сотни, тысячи еще живых свидетелей хранят о нем благодарную память.

 

Ставший символом борьбы с холокостом

 

...Судьба человека, имя которого стало символом борьбы с холокостом, так и остается неясной до конца, хотя многочисленные расследования помогли частично восстановить цепь событий, выдвинуть и проверить различные версии. Шведский дипломат Рауль Валленберг внес большой вклад в спасение евреев от нацистских концлагерей, выдавая документы от имени своей страны - гитлеровцы не трогали новоиспеченных шведов. Портить отношения с нейтральным соседом они не хотели, тем более знали, что Рауль Валленберг принадлежит к богатейшей финансово-промышленной семье в Швеции, с которой вели активную торговлю. Так что фамилия защищала Рауля Валленберга не менее, а быть может, более надежно, чем шведское подданство и статус дипломата.

...Исчез Валленберг в Будапеште уже после освобождения города советскими войсками весной 1945-го. Первоначально Советский Союз утверждал, что о Рауле Валленберге ничего не знает, позднее было признано, что шведского дипломата арестовали и тайно вывезли в Москву, где он умер. Доклад комиссии называется заключительным, хотя и он не смог дать однозначных ответов, а лишь позволил внести ясность в ряд вопросов.

...Еще в начале января 2001 года самая крупная шведская газета "Афтонбладет" писала о новых материалах, которые имеются в распоряжении российско-шведской комиссии по расследованию обстоятельств гибели дипломата Рауля Валленберга. Газета сообщила, что, по сведениям членов комиссии, Валленберг был арестован в 1945 году советской контрразведкой для того, чтобы совершить обмен на советских граждан-перебежчиков. Уже известны имена этих людей - Лидия Макарова и Анатолий Грановский. Швеция же, как следует из этого, не захотела обменивать русских на Валленберга.

...Шведские газеты задают теперь вопрос: почему шведское правительство решило пожертвовать своим дипломатом? Ведь активно добиваться расследования дела Валленберга стали позднее, причиняя этим Советскому Союзу долгоиграющий политический ущерб. Теперь из архивных документов известно, что ЦК КПСС и Политбюро вынуждены были многократно возвращаться к этому вопросу, решая, что и как врать. Профессор истории Альф Юханссон считает, что одной из причин нежелания шведов обменять Рауля Валленберга на русских являлась подготовка важного соглашения с Советским Союзом о предоставлении тому торговых кредитов на миллиард шведских крон. В заключении этого договора были заинтересованы не только советские дипломаты, но и шведские промышленники, опасавшиеся наступления в послевоенной Европе глубочайшей депрессии. Соглашение, фигурирующее в шведской истории под названием "РУССКИЙ ДОГОВОР", было подписано в 1946 году. Впрочем, если учесть, что СССР был заинтересован в торговле, почему бы было не попробовать Стокгольму, столь известному в успехах тихой дипломатии, решить на фоне соглашения вопрос Валленберга ?

...Вторую возможную причину связывают с тем, что Советская армия к моменту ареста Валленберга находилась совсем недалеко от границ Швеции, некоторым это напоминало ситуацию перед началом Второй мировой войны, только до этого Швецию со всех сторон окружали немецкие войска. Заметим, что роль Швеции в отношениях с гитлеровской Германией была далека от невинности. Поэтому опасаться советских победителей оснований хватало, портить отношения с СССР из-за одного человека не очень хотелось. Швеция вела тогда политику уступок, впрочем, она в этом была не одинока.

...На сегодняшний день имеется по меньшей мере пять различных версий гибели шведского дипломата. Доклад российско-шведской комиссии по расследованию обстоятельств гибели Рауля Валленберга, который опубликован 12 января, расставить все точки над "i" просто не мог. Уже сегодня раздается критика в адрес работы комиссии. В полемической статье под заголовком "Русские скрывают важные сведения" Сьюзан Мисенай, американка, входящая в группу иностранных экспертов, на протяжении нескольких лет изучавших по заказу шведского МИДа дело Валленберга, критикует российскую сторону за нежелание предоставлять всю имеющуюся по вопросам гибели Валленберга документацию. А в том, что она имеется, американка не сомневается.

...Тот, кто хоть немного знаком с работой бюрократической машины советских и российских учреждений, и особенно таких структур, как МГБ и МВД, прекрасно понимают, что документы не могли просто исчезнуть - таково ее мнение. Бесконечные недомолвки, несоответствие данных одних источников сведениям других, нежелание выдавать те или иные документы - все это неизбежно наводит на размышления о том, что теперь уже Россия сознательно скрывает важные, а может, даже решающие для расследования причин гибели Валленберга детали. По предположениям ряда иностранных экспертов, Валленберг, возможно, был жив еще в 1989 году, поскольку именно тогда его личные вещи были переданы родственникам.

...Сьюзан Мисенай не поскупилась на упреки и в адрес шведского правительства, удивляясь апатии, проявленной шведским МИДом в отношении заключения, вынесенного рабочей группой зарубежных экспертов по обстоятельствам гибели Валленберга. "Шведы не отличались стремлением сотрудничать с нами, - отмечает американка, - в частности, нашей группе было отказано в доступе к засекреченным документам по делу исчезновения и гибели шведского дипломата имеющимся в Швеции, ведь именно эти документы могли пролить свет на многие вопросы". Комиссия не нашла доказательств того, что Рауль Валленберг сотрудничал с американской разведкой, хотя он и выполнял в Будапеште задания Ивера Ольсена, американского дипломата, работавшего в Стокгольме по линии организации по беженцам войны. Кроме этого, Ольсен был американским разведчиком. На момент окончания войны советские контрразведчики вполне могли счесть шведского дипломата разведчиком: он обладал немалой информацией, имел личные контакты с высокими чинами нацистской Германии, да и американскую организацию беженцев войны в СССР считали шпионской сетью.

...То, что Рауль Валленберг еще в 1947 году был жив, сомнений не вызывает. А вот свидетельство о смерти, подписанное тюремным врачом, - вопрос спорный. В документе написано, что Валленберг умер от инфаркта. Однако совершенно ясно, что свидетельство написано врачом по указанию начальства. К тому же сам он утверждает, что его вызвали из дома и приказали написать такой документ. К этому моменту врач уже даже не работал в тюрьме. Обнаружен и другой документ с резолюцией: "Кремировать без вскрытия".

...Новым этапом в расследовании судьбы Рауля Валленберга может стать изучение шведских документов, в том числе касающихся темы заинтересованности СССР обменять Валленберга. Премьер-министр Швеции Йоран Перссон пообещал, что этот вопрос будут изучать, чтобы обнаружить все факты. Он даже извинился перед родственниками Рауля Валленберга, лично позвонив по телефону, за то, что правительство не сделало в первые послевоенные годы энергичных усилий, которые могли привести к счастливому исходу. Дело в том, что министр иностранных дел Остен Унден мог поднять вопрос Валленберга в ноябре 1946-го при личной встрече с Молотовым в Нью-Йорке. Но он не сделал этого.

...Были и другие, еще более реальные шансы вызволить его из сталинских застенков. Оказывается, Сталин в ходе личной встречи спрашивал шведского посла Стаффана Седерблома, не хочет ли он решить какой-то вопрос. Имелся в виду Валленберг. Однако Седерблом сказал на это, что, по его мнению, Рауль Валленберг стал жертвой несчастного случая или разбоя в Будапеште, и уверен, что у советских властей нет данных о его дальнейшей судьбе. В беседах между политическими фигурами того времени такая формулировка могла означать, что Валленберга нет и его надо забыть. Стоит ли говорить, какую команду мог дать Сталин после такого поворота беседы.

...Еще одной новостью стало то, что независимые исследователи, которые взялись проверять достоверность личных свидетельств о нахождении Валленберга в СССР в более поздний период, представили свои результаты. На основе картотеки владимирской тюрьмы они создали своеобразную виртуальную реальность, где выявили камеры, считавшиеся, по данным учета, пустыми даже в периоды переполненности заключенными. Компьютерная реальность позволила с высокой степенью вероятности определить тех арестантов, которые могли при определенных обстоятельствах случайно видеть засекреченных узников. Разыскали и санитарку, которая из ряда фотографий указала на Валленберга, хотя и не узнала его на другой. Трудно сказать, даст ли это направление поисков какие-нибудь новые достоверные результаты, но сами поиски безусловно нужны. Хотя бы потому, что такая технология восстановления событий и возможных случайных контактов, которые дают ниточки к людям - потенциальным свидетелям, использованная в деле Валленберга, может найти гораздо более широкое применение и в России, и в других странах.

...Розыск пропавших людей всегда был и остается сложнейшим видом расследований, поэтому в каком-то смысле символично, что спасавший людей Рауль Валленберг своей собственной неизвестной судьбой продвинул исследователей в этой сфере деятельности. Ведь для поисков далеко не на каждого исчезнувшего в застенках тоталитарных режимов удается получить финансовые средства от правительств, международных и общественных организаций...

 

Тайна "Заключенного N7"

 

Официальной датой смерти Рауля Валленберга до сих пор считалось 17 июля 1947 года. Теперь с большой долей вероятности можно утверждать, что Валленберг был жив 23 июля. И, возможно, был убит

Публикуемое ниже письмо независимых исследователей Вадима Бирштейна и Сюзанны Бергер адресовано членам семьи Валленбергов – вдове его брата Ги фон Дардела и его дочерям, племянницам Рауля Валленберга Марии и Луизе. В письме излагается итог переписки его авторов с архивом ФСБ РФ, которая осуществлялась через посольство Швеции в Москве. Следовательно, документ, представленный российской стороной в качестве подтверждения даты и причины смерти ("инфаркт миокарда"), так называемый рапорт Смольцова, - фальшивка.

Вероятнее всего, смерть Валленберга была насильственной, однако этот вывод требует дополнительных поисков.

Цитата:
Глубокоуважаемые госпожа фон Дардел, Мария и Луиза!

Мы пишем, чтобы поделиться с вами следующими новостями. Как вы знаете, в течение нескольких последних лет мы продолжали медленную, но успешную переписку с архивами Федеральной службой безопасности Российской Федерации. Последний раунд обсуждений в ноябре 2009 года закончился неожиданно. В официальном ответе на ряд вопросов относительно записей в тюремных книгах регистраций допросов за 1947 год архивисты ФСБ написали, что "с большой долей вероятности" в какой-то момент того года Рауль Валленберг стал "заключенным № 7" в московской Внутренней (Лубянской) тюрьме. Дополнительно архивисты указали, что "заключенный № 7" допрашивался 23 июля 1947 года. Если эти сведения подтвердятся, то это будет означать, что советское заявление о смерти Валленберга 17 июля 1947 года было неверно. Никогда ранее российские официальные лица не указывали столь однозначно на возможность того, что Рауль Валленберг жил дольше этой даты.

Посол Швеции г-н Томас Бертельман и его сотрудники быстро откликнулись на эту новость. В письме от 9 декабря 2009 г., адресованном начальнику Центрального архива ФСБ Юрию Трамбицкому, г-н Бертельман писал, что "если это предположение [что Валленберг бы заключенным № 7] подтвердится, это будет новый, практически сенсационный факт", и просил г-на Трамбицкого о "рекомендациях по дальнейшим действиям".

Мы также послали детальное письмо руководству ФСБ с просьбами о более точной информации о "заключенном № 7", включая просьбу предоставить инструкцию о присвоении номеров подследственным заключенным, а также запросы о дополнительных проверках, необходимых для установления идентичности "заключенного № 7" и его судьбы после 23 июля 1947 г. Пока что российская сторона не представила дополнительных сведений, которые могли бы подтвердить, что "заключенный № 7" -- это Рауль Валленберг.

Мы хотим подчеркнуть, что перед тем, как сделать окончательные выводы, совершенно необходимо дополнительное подтверждение этой новой информации. Однако, если эти сведения подтвердятся, они будут самыми интересными из всего, что было найдено в российских архивах более чем за 50 лет.

Ниже приводим некоторые дополнительные детали.

Новая информация касается ранее неизвестного "заключенного № 7", допрошенного 23 июля 1947 г. в течение более 16 часов Сергеем Карташовым, начальником 4-го отдела 3-го Главного управления (3 ГУ, военная контрразведка) Министерства государственной безопасности (МГБ) СССР. Этот отдел занимался расследованием дела Валленберга. Одновременно, в течение тех же 16 часов, Карташов также допрашивал Вильмоша Лангфельдера, шофера Валленберга, и его предполагаемого сокамерника, Шандора Катону. В своем письме архивисты ФСБ отмечают, что в записях о вызовах на допросы этих трех лиц написано "прошел" проверочный пост. Относительно заключенного № 7 архивисты пишут: "Указанная в этом журнале отметка "№ 7 прошел" с большой долей вероятности может относиться только к Р. Валленбергу". Мы ожидаем, что нам будет представлена копия страницы книги регистрации с записями обо всех лицах, вызванных на допрос 23 июля 1947 г.; до сих пор нам выдавались только копии с 1-2 строчками записей. Но теперь стало понятным, почему все предыдущие годы эта страница не была представлена полностью.

Доводы, послужившие основанием для архивистов ФСБ заключить, что Рауль Валленберг, возможно, идентичен заключенному № 7, которого допрашивали 23 июля 1947 г., остаются неясными. Однако, существует косвенное указание на такое предположение. С момента обнаружения в 1991 г. одним из нас, В. Бирштейном, приказа о переводе Валленберга из Лефортовской тюрьмы на Лубянку, в камеру № 7 (Вадим Бирштейн, "Загадка камеры № 7", Независимая газета, 1991), считалось, что Рауль Валленберг находился именно в этой камере. Лефортово и Лубянка были следственными тюрьмами, в которых СМЕРШ/МГБ проводили следствие арестованных. К тому же Борис Соловов, один их бывших следователей 4-го отдела, сказал в 1990-е годы во время беседы с членами Российско-шведской рабочей группы по выяснению судьбы Валленберга, что Рауль Валленберг вроде бы был известен как подследственный "заключенный № 7".

Необходимо помнить, что в ту ночь с 22 на 23 июля 1947 г. были допрошены почти все бывшие сокамерники Валленберга, включая Густава Рихтера, Вальтера Шлитера-Шоера и Вилли Ределя (см. прилагаемый перечень допросов). После этих допросов каждый из допрошенных был надолго помещен в одиночную камеру, иногда на месяцы. Если Рауль Валленберг, как теперь предполагают российские архивисты, фигурировал в числе допрошенных как "заключенный № 7", это означает, что после 53 лет российская сторона, в конце концов, представила доказательство того, что дата смерти Валленберга 17 июля 1947 г., о которой говорилось в Меморандуме Громыко в 1957 г., не верна.

Прежде помещение допрошенных заключенных, бывших в контакте с Валленбергом до 23 июля 1947 г., в одиночки объяснялось желанием советских властей полностью уничтожить следы его пребывания в заключении. Теперь, в свете новых данных, это предположение должно быть еще раз тщательно рассмотрено. Возможно, письмо, которое министр МГБ Виктор Абакумов направил министру иностранных дел Вячеславу Молотову 17 июля 1947 г., также имело иной смысл, чем ранее представлялось. Если Валленберг был "заключенным № 7", то, скорее всего, Абакумов сообщал Молотову не о смерти Валленберга, но о том, как предполагалось поступить с Валленбергом. Это могло быть причиной, по которой текст письма никогда не был сделан доступным.

Остается загадкой, что произошло с Катоной, Лангфельдером и "заключенным № 7" после 23 июля 1947 г. Ни один из этих заключенных не был освобожден. Российская сторона всегда утверждала, что в архивах ФСБ нет дальнейшей информации о Шандоре Катона. Известно, что Катона, гражданин Венгрии, был арестован в октябре 1944 года в Болгарии, где он работал шофером в Венгерском посольстве. Что касается Лангфельдера, советское правительство официально сообщило Венгрии в 1957 г., что Лангфельдер умер в заключении 2 марта 1948 г., однако архивных материалов никогда не было представлено. Принимая во внимание, что в те годы по распоряжению Президиума ЦК КПСС КГБ фальсифицировало даты смерти расстрелянных и погибших заключенных, реальность сообщенной даты смерти весьма сомнительна.

В связи с этим представляют большой интерес дополнительные новые данные архивистов ФСБ. Они сообщили, что найдена запись о том, что 24 июля 1947 г., т.е. на следующий день после длительного допроса Лангфельдера Карташовым, Лангфельдер получил вещи "на руки по указанию тов. Финогенова", заместителя начальника Лубянской тюрьмы. Это, скорее всего, означает, что Лангфельдер был увезен из Лубянской тюрьмы.

Как это было со многими другими записями с именами Валленберга и Лангфельдера, запись от 24 июля 1947 г. была замазана черной тушью и восстановлена архивистами. Мы ожидаем получить копию этого документа. Если это сообщение подтвердится, будет очевидным, что Лангфельдер был жив после 16-часового допроса 23 июля 1947 г. Необходимо также выяснить, были ли выданы вещи Катоне и "заключенному № 7". Пока что российская сторона ничего не сообщила по этому поводу, и мы включили данный вопрос, наряду со многими другими, в наше новое письмо.

Не исключено, что "заключенный № 7" мог быть кем-то помимо Рауля Валленберга. Важно понимать, что обычно подследственные получали номера на некоторое время и, следовательно, в принципе могло быть несколько подследственных "заключенных № 7" в Лубянской тюрьме в 1947 году. Так, в "Отчете шведской рабочей группы", опубликованном в 2001 году, было сказано, что "№ 7 был идентифицирован как русский [заключенный]" (стр. 127); речь шла о показаниях Соловова, о том, что в 1947 г. он вручал пакет с надписью "заключенный № 7". Однако, в отчете отсутствует дата этого события и какие-либо детальные пояснения ситуации. Мы также не знаем, был ли этот "заключенный № 7" допрошен 23 июля 1947 г. Поэтому список допрошенных 22/23 июля 1947 г. имеет особое значение, т.к. он демонстрирует, что "заключенный № 7", который был допрошен в эту ночь, по меньшей мере, должен был принадлежать к небольшому кругу лиц, находившихся в заключении вместе с Валленбергом и Лангфельдером.

Существуют многочисленные показания бывших заключенных, которые сообщали о том, что они встречали Валленберга или слышали о нем после 1947 года в различных исправительно-трудовых лагерях и тюрьмах. Однако, не существует данных о том, что Валленберг или Лангфельдер были когда-либо осуждены, а, не будучи осужденными, они не могли попасть в систему лагерей и тюрем. В связи с новым данными ФСБ показания бывших заключенных должны быть еще раз внимательно рассмотрены. Например, ждут ответов вопросы, поставленные в "Отчете шведской рабочей группы" (2001) и другими исследователями.

Во время визита Президента России Дмитрия Медведева в Стокгольм 18 ноября 2009 г. "дело Валленберга" обсуждалось в общих чертах на высшем уровне, но вопрос о "заключенном № 7" не был упомянут. Этот вопрос также не был поднят во время ответного визита министра иностранных дел Швеции Карла Бильдта и шведского премьер-министра Фредрика Рейнфельдта в Москву 11 марта 2010 г. Насколько нам известно, Посол Швеции Бельтерман также еще не получил никакого ответа на свое письмо.

В последнее время российская сторона была крайне любезна и подробно отвечала на наши многочисленные вопросы. Мы надеемся, что новая информация послужит толчком для дополнительных исследований и выявления дополнительных документов в российских архивах.

С наилучшими пожеланиями,

Вадим Бирштейн
Сюзанна Бергер

Цитата:
Список заключенных, допрошенных 22/23 июля 1947 г.

I. Следователь А. Кузьмишин, начальник 3-го отделения 4-го отдела 3-го ГУ МГБ
Лефортовская тюрьма, 22 июля 1947 г.

1. В. Лангфельдер 21:30-22:00
2. Ш. Катона 22:00-22:10
3. Г. Рихтер 22:10-22:30
4. [В. Родде] ?
5. Э. Пелконен 22:50-23:00
6. Х. Кичманн 23:00-23:20
7. [Э. Краффт] ?
8. Р. Штагель 23:40-24:00

II. Следователь С. Карташов, начальник 4-го отдела 3-го ГУ МГБ
Лубянская тюрьма, 22 июля 1947 г.

1. Заключенный № 7 18:50-19:25
2. В. Редель 19:20-19:35
3. [О. Хатц] ?
4. В. Шлитер-Шоер 20:20:35
5. Э. Хубер 20:20-22:40

III. Следователь С. Карташов, начальник 4-го отдела 3-го ГУ МГБ
Лубянская тюрьма, 23 июля 1947 г.

1. Заключенный № 7 1:50-18:30
2. В. Лангфельдер 2:15-18:30
3. Ш. Катона 2:35-18:30

Рауль Валленберг и его убийцы

(Дополнительные подробности дела - в беседе с одним из авторов письма, Вадимом Бирштейном)

Шведский дипломат Рауль Валленберг в 1944 году спас жизнь десяткам тысяч венгерских евреев, выдавая им так называемые защитные паспорта подданных Швеции, ожидающих репатриации на родину. После взятия Будапешта советскими войсками он был арестован и препровожден в Москву, где содержался во внутренней тюрьме МГБ на Лубянке. Стокгольм многие годы безуспешно пытался выяснить судьбу арестованного. В феврале 1957 года Москва официально поставила в известность шведское правительство о том, что Валленберг скончался 17 июля 1947 года в камере лубянской тюрьмы от инфаркта миокарда. В подтверждение этой версии советская сторона представила документ – рапорт начальника санчасти внутренней тюрьмы МГБ
Смольцова на имя министра внутренних дел Виктора Абакумова.

Эта версия не удовлетворила родственников Валленберга, занимающих высокое общественное положение в Швеции. В 1990 году Вадим Бирштейн и нынешний председатель общества "Мемориал" Арсений Рогинский добились доступа к некоторым архивным фондам МГБ-КГБ. В апреле 1991 года я в качестве редактора международного отдела "Независимой газеты" опубликовал статью Вадима Бирштейна "Тайна камеры номер семь", в которой были представлены предварительные итоги исследования и ставилась под сомнение официальная советская версия. Впоследствии Москва и Стокгольм договорились продолжить работу в рамках двусторонней комиссии. Однако в 2001 году комиссия пришла к выводу, что поиски зашли в тупик, и прекратила свое существование.

Тем не менее, Вадим Бирштейн, переехавший с тех пор в Нью-Йорк, продолжал свои изыскания:

- Я не был членом шведской комиссии. Я был членом первой комиссии по исследованию судьбы Валленберга, которая работала в 1990-91 годах. Все кончилось тем, что когда я нашел документ о переводе Валленберга и опубликовал статью, наша работа - моя и Рогинского - была закончена по требованию КГБ, и я не был приглашен во вторую комиссию. Но я оставался независимым исследователем, поскольку я работаю над книгой о СМЕРШе.

Прежде всего сомнения внушал рапорт начальника санчасти тюрьмы Смольцова – в лубянском архиве не обнаружилось ни единого автографа, с которым можно было бы сличить почерк.

- Этот рапорт всегда считался подлинным документом, - указывает Вадим Бирштейн. - Я же всегда полагал, что не рапорт Смольцова сам по себе, а надпись на рапорте Смольцова - о том, что доложено министру и приказано кремировать тело без вскрытия, - казалась подозрительной. Но после этого были экспертизы. Первая - официальная шведская: специалисты пришли к заключению, что документ подлинный. Затем была экспертиза "Мемориала": Рогинскому и еще нескольким представителям общества продемонстрировали оригинал, и оказалось, что вот эта дополнительная надпись сделана карандашом, поэтому она выглядит иначе.

- Как развивались события после того, как самораспустилась двусторонняя комиссия?

- Сюзанна Бергер предложила мне написать вместе с нею письмо о моих сомнениях относительно документов, которые были представлены комиссии. Шведское посольство согласилось передать это письмо руководству архива ФСБ. Я писал о том, что казалось недоделанным, и задавал вопросы, которые комиссия не задавала. Скажем, комиссия никогда не требовала оригиналов – она удовлетворялась даже не копиями, а копиями фрагментов документов, кусочком фразы или кусочком строки. Я потребовал для начала представить копии страниц. Потому что когда они говорят, что есть запись о Валленберге, но она вымарана черной тушью, то это означает, что на ксерокопии представлен только этот вымаранный фрагмент, восстановленный с помощью инфракрасных лучей или каким-то другим способом. Я потребовал, чтобы эта строка была представлена хотя бы в составе страницы – так, чтобы можно было судить о ее положении на странице, чтобы были видны номера записей и так далее. Шаг за шагом вся имеющаяся документация была представлена, и я продолжаю запрашивать документы.

- Вместе с Валленбергом в лубянской тюрьме содержался и его водитель Вильмош Лангфельдер.

- В ночь с 22 на 23 июля все сокамерники Валленберга и Лангфельдера были вызваны на некое собеседование или допрос. В показаниях, которые они дали в 1956 году, - те, кто выжил – они утверждали, что разговор шел о Валленберге, и им было приказано не упоминать это имя. Когда в 1990 году я и Рогинский начали наше исследование, мы особенно пытались найти сведения об этом допросе. И в нескольких случаях факт допроса подтвердился. С тех пор стоял вопрос, что же все-таки произошло. Оказалось, что на допрос или беседу вызывался и некий безымянный узник...

- Все следственные дела в системе СМЕРШ-МГБ за этот период недоступны, - поясняет Вадим Бирштейн. - Поэтому я задавал много вопросов о следственных делах тех лиц, которыми мы интересовались. И ФСБ, ознакомившись с делами, отвечала на наши вопросы. Они проверили, кого еще допрашивали этой ночью, и обнаружили, что были допрошены еще некоторые лица, о которых я не знал. В результате этой, можно сказать, совместной работы получилась схема, которая представлена в нашем сообщении. Получается, что помимо сокамерников Лангфельбера и его предполагаемого сокамерника Катоны, в то же время был допрошен некий таинственный заключенный №7. Что реально происходило на этих допросах или беседах - неизвестно, потому что они не записывались. Если заключенный номер семь был Валленбергом, то это означает, что Валленберг был жив, по меньшей мере, в течение нескольких последующих дней. Что касается меня, то я полагаю, что после этого допроса он был убит, о чем существуют формальные данные. Но они опять же требуют уточнения, потому что ФСБ представляла очень нечеткие документальные сведения об этом.

- Получается, следователи приказывали другим заключенным молчать, когда Валленберг еще был жив?

- Да.

- И никакой это не инфаркт миокарда, не случайная смерть - они готовились его убить?

- Да. Существует запись регистрации письма Абакумова Молотову, посланного 17 июля. Само письмо никогда не было представлено – ни КГБ, ни ФСБ, ни МИДом, никем. Эта запись раньше рассматривалась как подтверждение того, что Абакумов сообщил Молотову, что Валленберга нет, что он умер. Теперь же получается - если рассматривать письмо в новой системе временных координат, - что Абакумов сообщал Молотову план того, что должно произойти с Валленбергом. Тут возникает параллель с делом Исая Оггинса. Я сразу вспоминаю письмо Абакумова руководству государства, которое содержало план политического убийства. По-видимому, этот способ достаточно широко применялся, поскольку Судоплатов упоминает четыре таких убийства. Он сам участвовал, в частности, в убийстве Оггинса. Но совершенно очевидно, что их было и планировалось гораздо больше.

Цитата:
Следует пояснить: генерал-лейтенант Павел Судоплатов – начальник специального отдела МГБ, занимавшегося после войны ликвидацией врагов советской власти с санкции высшего руководства страны. Исай Оггинс – гражданин США, завербованный ОГПУ и впоследствии арестованный. В связи с настойчивыми попытками Вашингтона выяснить судьбу Оггинса, Абакумов в мае 1947 года направил Сталину и Молотову совершенно секретную записку, в которой предлагал:

"МГБ СССР считает необходимым: Оггинс Исая ликвидировать, сообщив американцам, что Оггинс после свидания с представителями американского посольства в июне 1943 года был возвращен к месту отбытия срока наказания в Норильск и там, в 1946 году, умер в больнице в результате обострения туберкулеза позвоночника".