Общественно-политический журнал

 

Попытка купить возможность проведения олимпиады? Минрегион занесет на Северный Кавказ в 10 раз больше денег, чем прежде

Минрегион по поручению премьера подготовил госпрограмму развития Северного Кавказа, по которой объем целевых расходов властей на развитие региона составит более 3,8 триллионов рублей, или в 10 раз больше, чем сейчас предусмотрено действующими федеральными целевыми программами.

Развитие северокавказских регионов, по мнению Минрегиона, состоит из более чем 8300 мероприятий, на это нужно 3,664 трлн руб. 2,4 трлн должен дать федеральный бюджет, 189 млрд – региональные, 1,075 трлн – внебюджетные источники, приводит газета «Ведомости» подсчеты, обнародованные министерством. На развитие северокавказских регионов до 2016 года сейчас запланировано 231 млрд рублей, 150 млрд из них – госгарантии по кредитам и облигациям.

В проекте постановления собраны пожелания регионов, отмечают составители программы. Значительная часть из 8300 проектов не содержит нормальных расчетов и обоснований, отмечают чиновники, а те, что наиболее проработаны, расписаны на 2012 и 2013 годы, среди них некоторые инфраструктурные проекты для курортов.

Запросы разных регионов сильно различаются. Второй по численности населения в округе Ставропольский край просит лишь 2,6% (63 млрд руб.) общей помощи из бюджета и не рассчитывает на поддержку бизнеса. Ингушетия тоже не ждет помощи из внебюджетных источников, но просит почти вшестеро больше Ставрополья – 365 млрд руб., хотя ее население всемеро меньше. Северная Осетия, почти вдвое превышающая Ингушетию по численности населения, просит только 137 млрд руб. Единственная территория, которая обещает привлечь больше частных инвестиций, чем получить из бюджета, – Кавказские Минеральные Воды (Ставропольский край): 156 млрд руб. против 52 млрд.

КМВ, как и Пригородный район Северной Осетии, выделены в качестве субъектов с самостоятельным финансированием. В Минрегионе пояснили, что выделение этих регионов в отдельные статьи связано с правительственными планами по развитию территорий. Из популярного в советское время курорта планируется сделать аналог чешских Карловых Вар (курирует проект госкомпания «Курорты Северного Кавказа»), напоминает «Коммерсант».

Вторая по размеру запросов из бюджета – Чечня, она просит 423 млр из госбюджета. От бизнеса она планирует привлечь гораздо меньше средств, чем Дагестан, – лишь 8 млрд рублей.

Самые большие аппетиты – у Дагестана, которому нужны 721 млрд руб. Из федерального бюджета. Еще 415 млрд рублей регион рассчитывает привлечь из внебюджетных источников. Всего республика рассчитывает получить треть от общего финансирования Северного Кавказа. Пока из крупных инвесторов есть только Сулейман Керимов, который в спортивную и туристическую инфраструктуру Дагестана.

Отчеты Минрегиона показывают, что практически все республики СК прочно обосновались в списке наиболее инвестиционно непривлекательных регионов РФ. При среднероссийском объеме инвестиций в основной капитал (на душу населения за первый квартал) на уровне 9,5 тыс. руб. в Ингушетии этот показатель составил всего 0,8 тыс. руб., Кабардино-Балкарии – 1,6 тыс. руб., Чечне – 2,7 тыс. руб. и в Карачаево-Черкесии – 2,8 тыс. рублей.

За этим следуют выводы министерства, что ситуацию должны поправить искомые 8300 мероприятий общей стоимостью почти в 4 триллиона рублей. Запросы руководителей кавказских республик озвучивались и раньше, в частности, о желании Дагестана получить более 700 миллиардов рублей из госбюджета было заявлено президентом Дагестана Магомедсаламом Магомедовым еще в начале июля. Независимые экономисты и политологи тогда заметили, что масштабные строительные проекты со столь же масштабным финансированием – способ создания «кавказской офшорной зоны», с помощь которой «инвесторы» смогут уходить от налогов и осваивать наиболее крупные суммы из федерального бюджета. Такую оценку получили не только планы Керимова, но и в целом проект реализуемый госкомпанией «Курорты Северного Кавказа» для строительства горнолыжных спусков в Адыгее, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, Северной Осетии и Дагестане.

«Учитывая криминогенную ситуацию в регионе, туристы на такие курорты не поедут. Чтобы построить город-сад нужно понять, как он будет окупаться. А если там не будет никаких туристов, кроме самих инвесторов и членов их семей, то как же он окупится? В схеме явно есть какой-то подвох, который позволит зарабатывать на заведомо убыточном проекте», – заявлял ранее политолог Станислав Белковский. «Курорты Северного Кавказа», как объяснил Белковский, являются первичным бюджетополучателем. А дальше они привлекают партнеров и подрядчиков, и государственные деньги переходят в частные руки. «Причем, никто же не проконтролирует, какие деньги реально вкладывают инвесторы – продекларированная сумма будет осваиваться их же структурами. Поэтому проконтролировать этот процесс и точно сказать, вложена такая сумма или вдвое, втрое меньше, невозможно».

«Это золотое дно, – говорит Белковский. – Если там будет создано некое подобие офшорной зоны – инвестиции окупятся еще до начала проекта и независимо от хода его реализации. Я, безусловно, не верю, что люди не из самого Дагестана будут приезжать на эти строящиеся курорты. Концепция проекта вызывает у меня большие сомнения. Подозреваю, что все делается именно ради этого особого налогового режима. То есть, во-первых, ради создания оффшора на территории России. И во-вторых, ради освоения крупных сумм из федерального бюджета».

Впрочем, политолог не исключает, что какие-то вип-объекты для кавказской элиты будут построены, но вот в появление развитой инфраструктуры массового туризма в республике сомневается.

Также в северо-кавказских проектах усомнились и западные экономические обозреватели. Напомним, первым о желании сделать СК «Новой Швейцарией» объявил глава Чечни Рамзан Кадыров. И был жестоко осмеян западными журналистами: пользоваться горнолыжными трассами смогут в обозримом будущем только боевики. И те, кто будет гоняться за боевиками. Скептицизм западных наблюдателей, тем не менее, не помешал Николя Саркози и Дмитрию Медведеву на последнем саммите «восьмерки» подписать меморандум об сотрудничестве по «финансовому заселению» Северного Кавказа.

По подсчетам газеты «Коммерсант», запланированное Минрегионом финансирование Северного Кавказа при пересчете ежегодных затрат федерального бюджета на душу населения, выглядит следующим образом:

На каждого жителя Ингушетии придется 62,9 тысячи рублей федеральных дотаций в год. В Карачево-Черкесии – 43,8 т.р., в Чечне – 23,7 т.р, КБР – 28,1 т.р, в Дагестане – 17,3 тысячи, и, наконец, в самом населенном Ставропольском крае на каждого жителя придется по 1600 рублей в год.

Наиболее правильный, прагматический подход у Ставропольского края: он просит деньги на инфраструктуру, улучшающую инвестиционную привлекательность региона, и не предлагает за счет Федерации финансировать строительство детских садов, – констатируют критики проекта Минрегиона в правительстве. У других иной подход, сокрушаются чиновники: «Все разрушено, дайте деньги, чтобы все восстановить».

Развитие северокавказских курортов делит первое место с сочинской Олимпиадой в списке дорогих проектов российского правительства.

Цитата:

Алексей Малашенко, директор программы «Религия, общество и безопасность» Московского центра Карнеги:

«Я бы сказал, что, наверное, 60%, может быть, даже больше выступают за отделение Кавказа. Причём, если раньше задавался вопрос: «отделять — не отделять?», то сейчас, когда я где-то выступаю, мне задают вопрос: «как отделять?»», — рассказывает Малашенко.

По его словам внутренне многие люди этот вопрос для себя решили, что Кавказ — это опухоль России.

«Да, Кавказ всё чаще называют «ближним зарубежьем», — признаёт аналитик.

На распространение такого рода настроений влияет и ещё одно важно обстоятельство — это усиление националистических настроений в России. По мнение Малашенко, есть 2 варианта развития этого движения в России:

«Всё зависит от социально-экономического положения. Если кризис опять придёт, и если власть сумеет реформировать экономику страны и реформироваться сама, то есть, создать более гибкую политическую систему, в которой можно бы было выражать реальный протест в этой системе, то национализм, конечно, останется, но он будет маргинален, он будет достаточно вял и т.д.

Если этого не произойдёт, и если единственной формой выражения реального протеста останется национализм, то, во всяком случае, я думаю, что не сразу, но в российской провинции эти люди, эти пока что небольшие организации будут консолидироваться. И волна национализма, причём, организованного, этнического русского национализма будет расти», — считает Малашенко.

«На сегодняшний день крайне неприятная обстановка сложилась в Кабардино-Балкарии, где как никогда, как нигде, выросло количество диверсий, где, фактически, есть все признаки гражданской войны. И вообще, если кризис на Северном Кавказе начинался только с востока — Чечня, Дагестан, Ингушетия — то он постепенно перемещается и охватывает остальные регионы, остальные части», — указывает Малашенко.

Касаясь одной из самых важных тем для России сегодня — сочинских олимпиады, — аналитик признал, что говорить про них очень непросто, поскольку никто не знает, что на них может случиться:

«Про сочинскую олимпиаду говорить очень непросто. Во-первых, когда было принято решение добиться, чтобы олимпиада происходила в Сочи, это был заведомый риск. Но тут речь идёт об отмывании денег, об огромном количестве финансовых вложений, на этом там очень многие заработали», — сказал аналитик.

«Ну, представьте себе, на чисто домохозяечном уровне, когда через два месяца будут олимпийские игры, а где-нибудь в Сочи взрывают… Но ведь такое возможно? У нас совсем недавно то метро в Москве взорвали, то взорвали канатную дорогу в Кабардино-Балкарии…

Так вот, представьте себе, что взрывают. И всё. И кто туда после этого поедет? Я уж не говорю о вероятности диверсий во время самой олимпиады. То есть, если ничего не произойдёт, то, конечно, Россия завоюет очки. А если произойдёт, то и власть российская, в первую очередь, и сама страна будут дискредитированы со страшной силой», — предупреждает Малашенко.

«Вы сами понимаете, что остановить джихадизм сейчас невозможно, полностью от него избавиться. Это феномен, это сложный феномен, со своими традициями, со своими политическими, религиозными, культурными и прочими корнями. Поэтому нужно будет каким-то образом все это «смикшировать»», — считает аналитик.

«Тут, естественно, что бросается в глаза первым? Во-первых — усилить карательную составляющую, а во-вторых — договариваться с потенциальными джихадистами. А то и попросту платить им за то, чтобы они не взрывали. Я думаю, что в этом отношении такой опыт есть не только в России…

Понимаете, джихадизм, который на Кавказе, да и по всему миру — это не пирамида, это не организация… До конца иметь гарантию, что этого не будет— невозможно.

Но свести к минимуму эти возможности, я думаю, что, в общем-то, мы в состоянии. Подчеркиваю, полностью избежать, я не представляю — как. Но минимизировать — это очень кропотливая, очень тяжёлая работа, прежде всего, агентурная. Опять же — проплачивать. Но риск будет всегда».

Весной минская газета «Советская Белоруссия» опубликовала статью Малашенко, в которой эксперт указал на смертельную опасность для спортсменов и зрителей на Олимпиаде-2014 в Сочи.

Газета, в частности, напомнила, что в 2014 году в Сочи будут проводить олимпиаду и отмечать «150-летие окончания кавказской войны», хотя гражданская война там сейчас в самом разгаре.

«Мишенью кавказских моджахедов становится зимняя олимпиада в Сочи», — предупредил в беседе с корреспондентом «СБ. Беларусь сегодня» член научного совета московского филиала американского Центра Карнеги Малашенко:

«Чтобы разобраться в угрозах олимпиаде, нужно хорошо представлять себе, что сегодня происходит в северокавказских республиках. О положении дел лучше всего говорят цифры: в Ингушетии за прошлый год более чем в два раза выросло количество взрывов и убийств, в Дагестане — в 6 раз, тревожная ситуация в Кабардино-Балкарии.

Взрыв джихадистской активности во внешне вполне благополучной Кабардино-Балкарии — самая тревожная тенденция минувшего года. Было бы лукавством объяснить всплеск Джихада в прошлом году миграцией моджахедов из других регионов. Судя по фамилиям, констатируют эксперты, — все они местные жители. Кабардино-Балкария уверенно идет по  дороге, уже пройденной ее соседями.

Малашенко назвал Северный Кавказ «внутренним зарубежьем»:

— Слово «внутренняя» означает, что это та часть России, которая существует в рамках России, получает из нее деньги, внешние границы охраняются российскими пограничниками, — поясняет он. — Северокавказские республики формально подчиняются Москве. Зарубежье потому, что там конституция РФ не работает. На Северном Кавказе этническое преобладает над общегражданским, значит, это зарубежье — там нет общероссийских ценностей и они не призываются в российскую армию.

Кавказ для России сегодня — как больной зуб: болит, а не вырвешь, будет сильное кровотечение. Создание северокавказского округа с полпредом Хлопониным — это инфантильная политика, — убежден Алексей Малашенко. — Невозможно создать новый округ и начать жизнь с чистого листа. 

Самое простое решение — объявить несогласных бандитами и бороться с ними силовыми методами. Но силовое решение вызывает ответную реакцию.

В Дагестане я не раз слышал: если все будет продолжаться, как есть,  мы все уйдем в лес.

Моджахеды взрывают и взрываются не за деньги, а за идею. За ними с автоматом бегать бесполезно, они растут как грибы и находят сочувствие и поддержку в обществе на волне любого недовольства.

Взрывы в Домодедово и Карачаево-Черкесии показали, что теперь любые действия моджахедов будут направлены на Сочи и олимпиаду. Это идеальная мишень.

Прошли времена, когда олимпийские игры были сугубо спортивным мероприятием: теперь это политика. В Канаде и Австралии властям накануне олимпиады довелось извиниться перед аборигенами за геноцид позапрошлых веков и насильственную ассимиляцию.

Москва много лет закрывала глаза на существование черкесского вопроса. Между тем в 2014 году исполняется 150 лет со дня окончания Кавказской войны. Для черкесов (а это народы Адыгеи, Карачаево-Черкесии и ряда других республик) Красная Поляна — место, где погибли и похоронены тысячи их предков, а Сочи — древняя столица. То, как царская армия мечом и огнем покоряла народы Кавказа, черкесы называют геноцидом — тогда сотни семей спасались бегством и рассеялись по миру.

Сегодня зарубежные общины на волне внимания к олимпиаде проводят пикеты, формируют общественное мнение и требуют восстановления исторической справедливости. Специалисты по проблемам Кавказа говорят, что сегодня из 18 черкесских общин - три настроены радикально.

Не исключено слияние радикально настроенных черкесов и мусульман из других республик Кавказа. Темой олимпиады они уж точно воспользуются», предупредил потенциальных участников американский Центр Карнеги.