Общественно-политический журнал

 

Самое главное для Путина - это проблема личной безопасности

За что сейчас борется Путин? За власть? Конечно. За деньги? Не без этого. За возможность конвертировать власть в деньги? Это уже есть. Но, похоже, самое главное для него сейчас, по прошествии 11-ти с лишним лет во власти — это проблема личной безопасности.

Примеры Саддама Хусейна, Бен Али, Хосни Мубарака, Муамара Каддафи наглядно продемонстрировали, что независимо от того, сколько у лидера авторитарного режима полков, отдает ли автократ им приказ стрелять в свой народ и насколько хорошо они стреляют, в конечном счете может случиться (а как мы видим в последнее время, достаточно часто так и случается), что власть автократа не вечна, что власть можно и потерять. При утрате власти авторитарный лидер может потерять как минимум свободу, а иногда и жизнь.

И это осознание того, что риск потери власти сопряжен с потерей не только материального благополучия, но и личной свободы и даже самой жизни, усугубляет внутреннее психологическое давление и заставляет его принимать решения, какие в других обстоятельствах вряд ли бы принимались.

Это поистине драма Путина, драма человека, создавшего режим, при котором ликвидированы все институты цивилизованного общества, защищающего в том числе и личную безопасность лидера, закончившего свой срок во власти.

Когда в 2000 году Путин стал президентом, в стране действовали институты несовершенного полудемократического общества — они были слабыми, но они были. Переход от несовершенного права полудемократического общества к праву шпаны и бандитов привел к тому, что выяснилось (и это ясно и самому Путину), что у него нет правовых инструментов, с помощью которых можно было защитить его самого. И у него нет людей во власти, кто бы мог его защитить. Так, как, например, сам Путин защищал Ельцина. Никто — ни партия, ни движение, ни корпорация, ни личные друзья у власти, ни тем более Медведев —не способен его защитить.

Никто, кроме него самого.

Когда в октябре 2003 года сажали Ходорковского, один весьма влиятельный, обладавший огромными властными полномочиями человек сказал: «Знаете, я не стал им (тем, кто, по его мнению, сажал Ходорковского) мешать, я посторонился». Хотя Путин это и раньше знал, но сейчас он особенно отчетливо это понимает, что и Медведев при определенном раскладе тоже может «посторониться»: возможно, не будет сильно способствовать его устранению, но и точно не будет этому препятствовать. Не будет мешать другим силам решить «его вопрос» так, как они посчитают необходимым. И вот это осознание совершенно тупиковой перспективы для самого себя не позволяет Путину уйти от власти.

Сохранение формального статус-кво в виде нынешнего тандема лишает Путина возможности возвращения к рычагам власти через 6 лет. Если он не станет президентом в 2012 году, то не станет им больше никогда. А это означает потерю фактической власти. А вместе с ней — и гарантии свободы.

Для того чтобы вернуться в Кремль, Путину надо мобилизовывать новые ресурсы своей поддержки — именно этим он и вынужден заниматься, создавая так называемый Народный фронт. Который, как он надеется, сможет обеспечить достаточное большинство в Госдуме, способное гарантировать законодательное обеспечение изменения государственной конструкции страны в таком направлении, чтобы затем по возможности больше уже не заниматься такими вещами, как сохранение себя во власти. Других опций — в отличие, например, от Медведева, который может выжить и за пределами власти, например, в качестве преподавателя Сколкова, у Путина, похоже, не осталось.

Это его личная драма. И это трагедия для страны.

Андрей Илларионов

http://aillarionov.livejournal.com/298137.html#cutid1

Комментарии

vik on 23 мая, 2011 - 19:24

Кто присутствовал на параде 9 мая под видом Путина?

По интернету поползли слухи, что Путина представляют его двойники

xaliavschik:

 

Вы хотите убедить меня, что это один и тот же человек?

Еще здесь

Цитата:

Странные метаморфозы претерпевает не только цвет кожи президента России – не менее удивительные вещи происходят с рельефом его лица, с формой кистей и пальцев, с посадкой глаз. Например, у одного из людей, которых показывают по телевизору под видом президента России, в нижней половине лица от скул к подбородку имеются две глубокие симметричные латеральные складки – складки явно искусственного происхождения. Такие складки есть и у Владимира Владимировича. Однако у настоящего Владимира Владимировича они естественные, неглубокие, потому видны только во время движения лицевых мышц, видны при определенном освещении, с определенного угла. В то же время у какого-то человека, похожего на Владимира Владимировича эти складки видны и в фас, и в профиль, и днем, и вечером, и при естественном верхнем освещении и при искусственном боковом, и когда он говорит, и когда он молчит.

Руки у Владимира Владимировича – отдельная тема, на них даже диссертацию по хирургии кисти можно сделать. На старых кадрах – года где-то 2000-го и чуть более – у Владимира Владимировича руки вполне соответствуют рукам человека его профессии, то есть привыкшие работать ручкой пальцы нормальной формы и толщины, с естественной тонкой кожей, под которой хорошо прослеживается работа сухожилий. В то же время у человека, которого выдают за Владимира Владимировича последнее время кисти напоминают руки не то профессионального кожемяки, не то каменщика – толстые пальцы, толстая кожа. Бывают, конечно, такие метаморфозы с кистями: если какой-нибудь пианист лет восемь будет колотить кулаком в бетон и мять по ночам сырую телячью кожу – руки у него сильно изменятся. Неужели и Владимир Владимирович в свободное от работы время занимается подобными тренировками?